Молодой человек медленно поднял голову. Мертвецки бледное лицо, следы запекшейся крови на щеках. Он стеклянным взглядом посмотрел на нее, но она увидела, как в глубине глаз что-то блеснуло. Значит, все в порядке. Он узнает ее.
- Держись, - прошептала она. Он медленно прикрыл глаза в знак одобрения.
Входная дверь заскрипела, в комнату снова вошли четверо мужчин. Сессиль жестом приказал стражникам отойти назад. Сами они склонили головы. Кэтрин не сразу поняла, что происходит. Перед кем они кланяются? Но через мгновение она заметила в дверном проеме женский силуэт. Дама была в плаще с накинутым капюшоном. Она сделала несколько шагов вперед. И в этот момент до Кэт донесся аромат духов. Она очень хорошо знала этот запах, так как помогала парфюмеру подбирать ингредиенты.
- Ваше Величество, - произнесла Кэтрин. Голос ее дрогнул. Возможно, вот оно, спасение.
Кэтрин смотрела на королеву, пытаясь понять, что несет она для них - спасение или смерть. Но разум Елизаветы впервые был закрыт для нее.
- И не пытайтесь, милочка, - раздался ее ровный голос, - больше вам не удастся управлять моим сознанием.
- Я лишь пытаюсь понять, что вы думаете, моя королева. Я никогда не пыталась вами управлять, ни разу. Всегда лишь чтобы успокоить и защитить.
- Ложь! - крикнула Елизавета. Как она ни пыталась сохранять спокойствие и хладнокровие, эмоции выплеснулись наружу. - Вы двое - мерзкие твари, которые проникли в мой дворец, чтобы шпионить и заставлять меня плясать под вашу дудку! Мерзкие ведьмаки.
- Вы ошибаетесь, Ваше Величество! - попыталась убедить ее Кэт.
- Вы, как змеи, добивались почестей и богатства, поднимая мятеж за моей спиной. Ты - мерзкая ведьма, пыталась отобрать любовь моего народа, прикидываясь Девой, а твой любовник шпионил для врагов, пытаясь еще залезть в мою постель.
Филипп, который все это время молчал, вдруг громко ухмыльнулся. Он все еще сидел на полу, но уже с прямой осанкой. Даже в этот момент, через боль, он хотел выглядеть достойно. На его губах скользнула ухмылка. Кэтрин знала, что она означает.
- Я никогда не хотел залезть к вам в постель, Ваше Величество, - произнес он. - Вы не в моем вкусе.
Елизавета распахнула глаза так широко, что, казалось, они сейчас вывалятся из орбит. Изумлению ее не было предела. Лицо наливалось пунцовой краской. Кэтрин поняла, что спасения не будет. Но все же улыбнулась.
- Вы были моим другом. И все, чего я хотел, это служить вам. Защищать. Наши способности защищали вас, - Филипп смотрел ей в глаза. Кэтрин знала, что его глаза обладают силой гипноза и без способностей, которые стражи блокировали. Нет, это не сверхъестественная магия. Это его внутреннее притяжение. И королева, как и многие другие женщины, не могла устоять перед этими глазами.
Взгляд Елизаветы на мгновение смягчился.
- Для защиты есть мы, - подал голос Фрэнсис Нолли. - И мы не лгали Ее Величеству. Она знала о нас, как только ступила на престол.
- Кэтрин всегда успокаивала ваше терзающееся сердце, - продолжал Филипп, - в самые трудные минуты она была рядом, и вам становилось легче. Я уличал шпионов и врагов и убивал их ради вас. Какая еще служба необходима моей королеве? Есть ли кто-то еще, более преданный вам?
Кэтрин показалось, что сердце Елизаветы начало таять. Она несколько лет читала ее мысли и сейчас могла читать их и по лицу. Немного хмурые брови говорили о внутренней борьбе. Она закусила губу, потому как злость все еще бушевала, но любовь к ним обоим почти перевешивала. Пальцы теребили тесемку на платье.
- Мы виноваты, что не были честны, но лишь потому, что боялись отпугнуть вас, - тихо произнесла Кэтрин. - Боялись, что вы отправите нас на костер, как требует того святая инквизиция.
- Эти священнослужители отправляют на костер всех, кто так или иначе выделяется из толпы, - тихо проговорила королева, словно сама себе. - Мои рыжие волосы они тоже считают порождением дьявола.
- Простите нас, Ваше Величество. Клянусь, что мы не прибегали к своим Силам для постыдных поступков, которые могли как-то оскорбить или навредить вам. Вы для нас святая.
Слеза покатилась по щеке Кэтрин. Она была искренна в этот момент, ведь она по-настоящему любила свою королеву. Она несколько лет была рядом и знала обо всех ее переживаниях.
- Мое дитя, - прошептала Елизавета. Она подошла очень близко к Кэт и протянула руку в бархатной перчатке. Вытерла ее слезу и грустно улыбнулась. Потом заметила окровавленные следы на коже.
- Что это? - изумленно спросила она.
- Это следы ран, которые она заживляет мгновенно, - крикнул Нолли и почти бегом подошел к ним. - Смотрите, Ваше Величество!