Мы шли по эльфийским тропам. Огромные корни, выпиравшие из земли, были как-то любовно оставлены и, тропа обходила деревья и кусты.
А вот кусты были не менее странными, чем и все что находилось здесь в великом лесу. Листья этого куста были необычайно прочными и острыми краями. Я знала, что эльфы используют их для своих целей. Края листьев были очень острыми. Их аккуратно отделяли от основной части листа и вставляли в особые деревянные формы. В результате появлялся очень прочный нож. Это творение не надо было точить. Кора и цветы этого куста были ядовитыми. А плоды обладали мощным седативным эффектом.
Откуда я все это знаю, да оттуда же. Моя память потихоньку стала возвращаться. И способности Хранителя стали о себе давать знать. Я легко могла сказать, что за животное и растение передо мной. Из-за кустов и с веток деревьев на меня смотрели животные и птицы. Этот лес был не просто живым, он был особенным. Это был последний осколок старого мира. Того мира, который когда-то построили драконы. Потом его охраняла моя мать. А потом эта участь досталась мне. Мне стало немного грустно. Печально, что вся эта прелесть потихоньку исчезает.
Я шла за своим провожатым и ощущала, что остальные следуют за мной. И половина сопровождения передвигается по веткам. Помимо сказочных деревьев, кустов и удивительного мха мы проходили мимо кочек заросших разноцветными грибами и огромными цветами. Грибы были в рост человека, разноцветными, полосатыми, в крапинку. А цветы светились необычным голубым или фиолетовым светом.
В одном из мест я увидела призрачную женщину. Она вся была соткана из белого тумана или света. Призрачные волосы вились, ниспадая почти до пят. Тонкое платье, сшитое по старой моде, почти ничего не скрывало. Она, кажется, качалась на качелях. Ее тонкий призрачный смех лился по лесу и петлял между деревьями. Я посмотрела на сопровождающих, но казалось, они не обратили внимание на призрачную женщину. Я внимательно посмотрела на нее, а она посмотрела на меня. А потом со смехом исчезла. Я только улыбнулась.
— Дух леса принял вас, — пафосно сказал маг.
Я лишь усмехнулась. Да, кажется, из этого леса я попаду прямо к папочке. Его влияние на мозги здешних обитателей мне было видно и без проверок. Все это было бы смешно, если бы не было так печально. Но во всей этой красоте было что-то больное. Кажется, Вечный лес исчезает. И, наверное, это закономерно. Все в подлунном мире изменяется, и кое-когда исчезают целые народы. А вот этот лес растет здесь уже несколько миллионов лет.
Мои спутники не тревожили меня. Я смотрела, а они шли сзади. Неожиданно мы вышли на поляну. Посредине опушки был холм. Он весь был обсажен белыми цветами. На самой вершине была установлена статуя. Я смотрела на статую женщины. Женщина стояла, раскинув руки. Эльфийские уши, надменный чуть холодный взгляд. Тонкая одежда едва прикрывала статную фигуру. Длинные волосы были убраны в затейливую прическу. Я обошла статую со всех сторон. Она была без сомнения очень красива, но для чего ее тут установили?
— Нравиться?
— Ничего. А кто это?
— Это хранительница. Белый бог принес нам ее рисунок и историю ее смерти.
— Интересно было бы услышать, — с сарказмом сказала я.
Я уже поняла, что это попытка увековечить мою мать или меня. Но вот форма выражения этой памяти более чем странная.
— Извольте. Когда-то давно был создан наш мир. И в нем была Хранительница. Белый бог любил ее, и она любила его. Но Черный правитель выкрал ее и убил.
Я не выдержала и засмеялась. Больно смешная это была история. Зачем папочке это надо было, я уже поняла. Эльфы смотрели на меня с ненавистью.
— Что вы на меня так смотрите?
— Ваша история очень смешная.
— И чем же она смешная?
— Да, дело в том, что моя мать выглядела так, — я махнула рукой и статуя изменилась. — А вот убил ее тот самый Белый бог, которого вы все так боготворите. И если вы не верите, смотрите.
Я взмахнула рукой и, на поляне появилось окно. Это было окно в прошлое, осколки прошлого. Я даже не была уверена, что помню это. Ведь мне было чуть больше года. В окне появился тронный зал моего отца. Это был тот самый зал, который был когда-то у Сухая. В том зале все было по его вкусу. Высокие белые стены, тонкие колонны, увитые сверху затейливой резьбой. Высокие окна, которые прятались почти в самом потолке. На каждом окне были изумительной вышивки занавески, которые легкими облаками окутывали огромные окна. В дальнем конце зала стоял трон Сухая. Он был зачарован и на высокой спинке были руны — Тхарин ванис гостис. Порядок, знание, власть — девиз Сухая. Он сидел на троне. Рядом стояли его шавки. Они всегда выглядели как огромные белые ангелы. Такие же, как и сами эльфы — высокие, надменные. Сухай снабдил их крыльями и огненными мечами. Около трона тоже стояла и моя мать. Сухай смотрел на нее с презрением. Я не помнила, о чем они говорили. И потому звука не было. Я могла воспроизвести только то, что могла вспомнить. Сухай сидел на своем троне и улыбался, а мать просто смотрела на него. В ее глазах не было ни страха, ни ужаса. Она, кажется, даже улыбалась. А потом отец махнул рукой и мама упала. А потом ее тело превратилось в прах. Эту золотистую пыль подхватило ветром и вынесло в неожиданно открывшееся окно. А отец остался сидеть на своем троне с открытым ртом.