— Верно. Но я не хочу, чтобы мой внук стал бесплодным. А Накилон, официальный сын правителя, избежал бесплодия тем, что его не назначили наследником.
— С этим можно что-то сделать?
— Не знаю.
— А кто отец Накилона?
— Отец предполагаемого наследника мой несостоявшийся зять. Когда моя дочь узнала о его изменах, сгорела за несколько месяцев. Я был очень зол на него и вызвал его на поединок. Но эта дрянь сбежала. Я нашел его довольно легко и убил его по законам чести земель Хаоса.
— Да. Я вас не только за этим позвала. Румиаль пропал.
— А вот это уже плохо.
— Надо его найти. Я думаю, с этим мы справился. У меня для тебя сюрприз Рактевир. Тут этот господин кажется, загостился. Думаю, у вас ему будет лучше. И с этим якобы вашим представителем вы справитесь. Но предварительно снимите с него все артефакты. Проверьте все вплоть до нижнего белья. Слуги Сухая бывают очень изощренными.
Я сделала пас рукой и, в зеркале появилось окно. Я направила стеклянную глыбу к Рактевиру и, в та уехала во дворец. А когда невидимая граница была пересечена, глыба рассыпалась. Правитель Хаоса улыбнулся.
— Береги себе Лилит.
Рактевир исчез. А я повернулась к эльфам. Придворные стояли кто, где. И на лицах старых умудренных опытом советников был шок. Поверить в то, что несколько лет рядом с тобой жил непонятно кто было сложно. Но предаваться релаксации и самокопанию было некогда. У нас было на повестке дня — найти правителя и снять проклятье.
— Мне надо осмотреть королевские регалии. Начнем с них.
— Зачем? — спросил Накилон.
— Начнем с начала Накилон. Твой приемный отец хотел снять с себя проклятье. А значит надо начинать оттуда. Возможно, кто-то не хочет избавить вас от этой напасти. А возможно есть что-то еще. Вот и будем выяснять.
Накилон вздохнул и повел меня в сокровищницу. Это оказалась не большая комнатка рядом с кабинетом правителя. Я осмотрелась. Ничего особенного. Обычная комната с двумя окнами и кучей шкафов. И, конечно же, с навороченной охранной магией. Я усмехнулась и начала осматривать хранящиеся сокровища.
Посредине комнаты стоял стол, накрытый прочным стеклом. Под ним лежали золотой обруч с огромным зеленым камнем, маленький серебряный обруч, цепь из белого металла с бляхой перевитой золотыми нитями. А так же какие-то еще драгоценности. Я не рассматривала их. Мой взгляд буквально впился в золотую корону. Это была последняя капля. У меня была только одна мысль — я должна добыть эту каплю.
— Оставьте меня Накилон. Я должна подумать.
— О чем? — с насмешкой просил Накилон.
— Я должна подумать.
Накилон усмехнулся и сказал:
— Ты смотришь на эту корону так, будто ее узнала.
— Да. Узнала. Но не корону. Много лет назад жила одна девочка. Она полюбила демона. И они сбежали из дворца. И все было бы хорошо, если бы у отца девочки не было на нее своих планов. Девочку искалечили. И она потеряла часть своей памяти и четыре части души. А папаша ищет эти части в надежде получить власть над миром.
Накилон усмехнулся.
— Корона достояние королевства эльфов.
— А кто вам сказал, что ваша реликвия исчезнет или будет сломана.
— Ну, если с ней ничего не случиться, то я отвернусь.
Накилон быстро отвернулся. Я подошла к стеклу и сделала в нем дырку, вытащила камень. А через пару минут в короне появился другой камень. Я восстановила стекло и повернулась к Накилону. Мир неуловимо изменился и, я не могла узнать его. Все в нем дышало жизнью и тянулось ко мне. Посмотрев на камень в руке, я с удивлением заметила, что он растворился. Кажется, спикард исполин свое предназначение и исчез. Я улыбнулась, а Накилон смотрел на меня с удивлением.
Мир потянулся ко мне, а я потянулась к миру. Заглянув в себя, я с некоторым разочарованием поняла, что моя память так и осталась равной. Кое-что никак не хотело возвращаться. Ну что ж будем надеяться, что в один прекрасный день я все-таки смогу вспомнить всю свою жизнь. Знать ее по книгам и чудим рассказам это все равно, что заглядывать в замочную скважину. Но одно меня порадовало — мои силы вернулись ко мне в полном объеме. А вот рассказывать об этом всем подряд глупо. Я притушила свою ауру. И Накилон тяжко вздохнул.
— Не переживайте. Когда-нибудь все измениться.
— И когда это случиться?
Вместо ответа я решила у него спросить:
— А что вы думаете по поводу белого бога?
— Я его никогда не видел. А говорить о ком-то по чужим словам я не привык.
— Вы разумный эльф. Но все-таки при дворе живут несколько представителей этого существа. А вы все молчите.