— Вам нужна фотография или что-то еще?
— Да. — Доктор Перри жестом указал за дверь, в направлении комнаты-студии, которую мы миновали по пути сюда. — Со всех сторон. А еще я бы хотел увидеть, как вы делаете мимику, чтобы оценить диапазон ваших движений.
Себастьян хмыкнул, но не отказался от своей просьбы. Мне показалось, что в глубине души он хотел этого. Хотел быть настолько близким к нормальной жизни, насколько это возможно.
— Могу я спросить, мистер фон Бисмарк, почему вы решили повременить с реконструкцией лица и пересадкой кожи? — Доктор Перри сделал несколько записей, остановившись, чтобы посмотреть в лицо Себу. — Обычно чем раньше вы приступаете к этим процедурам, тем лучше.
Я знал ответ на его вопрос. Себастьян сохранил свое лицо в том виде, в каком я его испортил, потому что хотел, чтобы у меня было постоянное напоминание о нанесенном мной ущербе.
Но делиться этим было бы слишком неудобно, поэтому Себастьян пожал плечами.
— У меня были дела поважнее. Я сосредоточился на физиотерапии и не хотел лежать в постели неделями напролет только для того, чтобы выглядеть на 0,01% менее отвратительно.
Доктор Перри проигнорировал дерьмовое отношение моего брата.
— Если вы хотите, чтобы я вам помог, придется несколько недель отдохнуть, пока ваше лицо будет заживать. Вероятно, нам предстоит четыре, а может, и пять операций, которые нужно будет провести в разное время.
Себастьян ничего не ответил. Он просто смотрел на него снизу вверх.
Доктор Перри приостановил печатание.
— Скорее всего, мы возьмем кожу с ягодиц или внутренней поверхности бедра, чтобы восстановить щеку.
Себ покрутил свою кепку на кончике указательного пальца.
— Я буду выглядеть так, будто меня слепили из теста, как другие до и после?
Я изо всех сил старался не подавиться слюной. Что за дерьмовые слова. Тем более что у так называемых «после», по крайней мере, хватало гребаного мужества взять себя в руки и двигаться дальше.
Доктор Перри, однако, был опытным профессионалом, когда дело касалось мудаков.
— Вы не будете выглядеть совсем как раньше, если вы об этом спрашиваете.
Я оценил, что он не стал опекать Себастьяна. Некоторые врачи так поступали, а он их обходил стороной.
— Я буду или не буду выглядеть как тесто, док?
— Не уверен. — Доктор Перри не дрогнул от грубости Себастьяна. — Я не играл с тестом с тех пор, как был ребенком, и, к счастью, у меня нет детей. Тем не менее, я стал первопроходцем в технике, которая использует нарезанную кубиками хрящевую фасцию из донорских источников для восстановления структуры лица. В дополнение к донорской коже из вашего собственного тела я уверен, что смогу создать на вашем лице целостную текстуру. Вы быстро вернетесь на воду.
Себастьян дернулся вперед. Инстинктивно я схватился за заднюю часть его рубашки, на случай если он бросится на доктора. Но он не бросился. Мы затаили дыхание и молча ждали, что сделает Себ.
Доктор Перри заговорил снова, на этот раз тише:
— Я знаю, кто вы, Себастьян фон Бисмарк. Знаю, кем вы были. Вы не сможете снова стать идеальным, но я могу приблизить вас к этому. Вы сможете стать своей собственной версией несовершенства, и это тоже прекрасно.
Себастьян сжал кулаки. Костяшки пальцев побелели от злости, а пальцы стали розовыми от потери крови.
— Да пошел ты! — Он вскочил на ноги, отчего его стул отлетел к книжной полке. — Ты ничего не знаешь о том, кем я был.
Доктор Перри склонил голову.
— Прости, сынок. Я не хотел...
— Я не твой гребаный сын, — выплюнул Себ, схватившись за спинку стула, который он бросил, и запустил им в стену. Он врезался в картину в рамке. Стекло разлетелось повсюду.
— Господи. — Доктор Перри нажал кнопку на своем коммутаторе. — Алиана, мне понадобится...
— Твой фальшивый парик жалок. — Себастьян выдохнул воздух в сторону доктора.
— Ладно. Пора прощаться. — Я схватил брата за плечо, как раз в тот момент, когда медсестра открыла за нами дверь. — Прошу прощения, доктор Перри.
С этими словами я силой вытащил Себастьяна из палаты. Он уперся каблуками в твердый пол, не желая сдвинуться с места. И поскольку этот ублюдок тренировался, как гребаный олимпиец, ему это удалось.
— Нет. К черту это. — Себастьян дернул плечом вперед, высвобождаясь из моей хватки. — Мне совсем не жаль.
Я со всей силы толкнул его в дверной проем, пока ситуация не стала еще более ужасной, чем была. Медсестра смотрела на нас, ожидая прихода охраны. Я понял, что ей было видно лицо Себастьяна. Голое. Без маски. Черт.