— Конечно, мы спасли. — Она прикусила нижнюю губу, подавляя усмешку. — Мы хорошие люди, Олли?
— Ты удивительна. Я - угроза для общества, но мы уравновешиваем друг друга.
Она рассмеялась.
— Держу пари, они отвратительны и очаровательны.
— Уродливы как грех, — подтвердил я, доставая телефон из кармана. — Давай я тебе покажу.
— Хорошая идея. Это может освежить мою память.
Я знал, что это не поможет, ведь она никогда их не видела, но все равно показал ей собак, наблюдая, как она воркует, смеется и плачет над их видео с тупым собачьим дерьмом.
Как я мог привести ее в свой дом? У меня там был кто-то еще. Кто-то, кто не любил делиться. Кто-то, у кого не было компании уже пятнадцать лет.
Если бы у меня была голова на месте, я бы положил этому конец. Вместо этого я намеревался отвезти ее в дом, в котором она никогда не была, где не было ни одной ее вещи и никаких доказательств нашей помолвки. Ни фотографий, ни отпуска, ни воспоминаний, ничего.
Пятнадцать лет назад я вычеркнул ее из своей жизни и начал все сначала.
Ну, в основном.
И не надо говорить о нашей предстоящей свадьбе.
У меня было болезненное отвращение к моногамии. Я не был против брака как такового. Я даже видел его преимущества, экономические и социальные. Но я был не настолько глуп, чтобы жениться на человеке, который мне действительно нравился.
Каждый день я видел, как Ромео и Зак, двое самых доминантных мужчин в зале заседаний, расхаживали по Потомаку со своими женами, словно воспитанные пудели. Нет, спасибо. Мне нравились мои яйца там, где они были. Крепко прикрепленные к моему члену.
Брайар проникла в мои мысли.
— Кстати, где мое обручальное кольцо?
— Ты потеряла его в водной преграде, — ответил я, не моргая.
Ее щеки покраснели.
— О, прости.
— Все в порядке. Это было простое кольцо за 500 тысяч долларов. У меня есть мамино, которое ждет тебя в сейфе.
Кто-то должен был остановить мой рот.
— О, Олли. — Она сжала мою руку. — Я так рада, что мы все еще вместе.
Я отправлялся прямиком в ад.
И, возможно, в комнату с Колумбом и королем Леопольдом.
16
Оливер
Я с рычанием распахнул дверь в кабинет доктора Коэна.
— Она думает, что мы помолвлены.
Доктор Коэн поднял взгляд от экрана своего компьютера, который пискнул и тут же потемнел. Твидовый пиджак натянулся на его плечах, а потрепанный ранец уже перекочевал на живот.
Он надел брелок на палец и, встав из-за стола, нахмурил брови за очками для чтения.
— Что вы ей сказали?
— Ничего. — Я вскинул руки вверх и начал вышагивать по его миниатюрному офису, не заботясь о том, что он только что закончил свою смену, не дождавшись четырех утра. — Я сказал какую-то глупость про цветочную композицию, и она сделала свои собственные выводы. Теперь она думает, что мы планируем свадьбу. Мы должны сказать ей правду.
Он снял с вешалки шарф и накинул его на толстую шею.
— Вы не скажете ей правду.
— Она не должна думать, что мы вместе.
Он обошел меня и двинулся к двери.
— Она не может пойти к вам домой, чтобы прийти в себя, зная, что вы солгали ей об этом, а потом струсили.
Я последовал за ним.
— У меня дома нет ничего, что могло бы доказать, что мы были вместе. Ни фотографий, ни ее вещей, ни...
— Позаботьтесь об этом. — Он спустился по лестнице в гараж, а я шел за ним по пятам. — Вы находчивый человек - миллиардер, говорят. Уверен, ваши люди могут принести несколько вещей из ее дома и сделать дюжину фотографий ИИ, изображающих вас двоих.
— ИИ - это неэтично, — хмыкнул я, спускаясь по лестнице по двое и преграждая ему путь к следующему пролету.
— Как и спать с большинством женщин на континенте. — Он остановился, с усмешкой глядя на меня. Должно быть, до кого-то дошли слухи о том, что я устроил припадок дерьма несколько лет назад в этой самой больнице. — Меня не волнуют ваши личные предпочтения, господин фон Бисмарк. Мисс Ауэр - моя пациентка. Не говорите ей, что вы ей солгали. Ее психика так же хрупка, как и она сама. В какой-то момент к ней вернется память, и она сама поймет, что вы не вместе.
— И тогда? — Я почувствовал, как вспыхнули мои ноздри. — Она снова возненавидит меня за то, что я ей солгал.
Он пожал плечами, обходя меня стороной.
— Похоже, она уже ненавидела вас до этого. Не слишком много изменений, не так ли?
Доктор Коэн исчез в следующем лестничном пролете.
Я ударил ногой в стену, ругаясь на четырех языках, которые знал.