Фэрроу вздохнула.
— О, Констанс.
Я уставилась на Оливера, которому вдруг показался особенно интересным его розмариновый хлеб. Неважно, что он не сообщил мне о Себе. В конце концов, меня только что выписали из больницы с четкими указаниями не напрягаться. Важно было то, что он, похоже, испытывал глубокий дискомфорт, и я хотела ему помочь.
Я ломала голову, что бы такого положительного сказать о Себе. Многое приходило на ум, но я остановилась на том, что отмечали все при первой встрече с ним.
— Себ красивый.
Оливер вскинул голову. Он посмотрел на дверь, словно ожидая, что Себастьян ворвется в любую секунду без приглашения.
Фрэнки облизнула губы.
— Я просто знала, что он будет более восхитительным фон Бисмарком.
— Ты его даже не видела. — Даллас стащила гребешок с тарелки сестры, затем креветку с тарелки мужа. — Ты знаешь о его существовании всего две секунды.
— И что это были за славные две секунды. — Она наклонилась ко мне. — Расскажи мне больше.
— Он мускулистый, — начал я. — Дико соревнуется. Смешной в странном, ненавидящем весь мир смысле. Безумно умный, даже не пытаясь. Когда он входит в комнату, клянусь, все головы поворачиваются в его сторону.
С каждым описанием Оливер напрягался. Я никогда не видела его таким... расстроенным. Не то чтобы он не умел это скрывать. Но я знала этого человека всю нашу жизнь, видела каждый его уголок, обнимала его, когда он оплакивал свою бабушку. Оливер был расстроен. Возможно, он поссорился с братом. Себ и впрямь много лаял.
Я решила сменить тему и обратилась к Даллас.
— Расскажи мне немного о себе. Чем ты зарабатываешь на жизнь?
— Я мама, которая сидит дома.
— А раньше?
— Была заложницей.
— О, хорошо. — Я ждала, что она начнет рассказывать, но она не стала, и я сосредоточилась на ее муже. — А ты?
— Я международный торговец оружием.
Нож, зажатый между пальцами, упал на кафель.
— Например... настоящим оружием?
— И танками, и ракетами, и истребителями. — Он сверкнул хищной улыбкой, оскалив острые зубы. — Если тебе когда-нибудь понадобится граната М67, ты знаешь, где меня найти.
— О. Ладно. — Я скрыла свой ужас принудительной улыбкой, переключив внимание на Фэрроу. — А ты?
— Спортсменка.
Наконец-то. Кто-то нормальный.
— Каким видом спорта?
— Фехтование. Ну, бывшая фехтовальщица. Меня поймали на жульничестве. Это был целый скандал. Команда США чуть не бросила меня, но я все равно ушла и стала тренером.
О. Боже мой. Боже. Это были мои лучшие друзья? Кто-нибудь из этих людей был нормальным? Зак. Это должен был быть Зак. Оливер как-то сказал мне, что он полный квадрат, у которого нет ни одной смешной косточки в теле. («Для этого нужно было бы сделать что-то с-м-е-ш-н-о-е, а у него на это аллергия»).
Я повернулась к Заку.
— А ты?
— Я занимаюсь инвестициями.
— Какие-нибудь знакомые компании?
— Dot Cum.
— Dot Come? — Я нахмурилась, ломая голову и не находя ответа. Должно быть, это было что-то новенькое. — Что это?
— Крупнейший порносайт в Америке.
Никого. Ни один из них. Ни одного нормального человека. Даже Фрэнки, которая, судя по всему, завалила мою работу и устроила пожар.
Я уставилась прямо на Оливера, который избегал моего взгляда, даже когда я пнула его голенью под столом. Он поморщился, но продолжал смотреть на дно своего бокала с вином.
— Это же такой замечательный сайт. Throbbin' Hood 7. — Фрэнки сцепила пальцы и поцеловала их. — Поварской поцелуй. — Она покачала головой, разочарование омрачило ее милое лицо. — А говорят, что сиквелы мертвы...
— Что ж, это был прекрасный ужин. — Оливер притворно улыбнулся, обнимая меня за плечи. — Разве вы все не рады снова приветствовать нашего лучшего друга?
28
Оливер
Какое дерьмовое шоу.
Меня осенило, что мои друзья так же надежны, как однослойная туалетная бумага. Конечно, я доверял им доставить меня в больницу во время сердечного приступа. Или увеличить мой инвестиционный портфель настолько, чтобы налоговая инспекция прослезилась.
Но я никогда не должен был доверять им Брайар - и уж точно не тогда, когда это доверие требовало от них быть тем, кем они никогда не станут. Нормальными.
Как только я вытолкал их пятерых из фойе на подъездную дорожку, я захлопнул дверь, не заботясь о замке. Фрэнки, действительно, сломала его. Потрясающе. Мой параноик убил бы меня, если бы кто-то вошел в дом, поднялся по лестнице и обнаружил его хандрящим в южном крыле.
— Оливер.
— Так устал. — Я зевнул, невнятно произнося слова, и все еще стоял спиной к Брайар. — Мы должны пойти спать пораньше.