Аяр молча пил кофе. Смотрел так спокойно, что хотелось заорать, хрястнуть кулаком по столу, запустить недопитым соком в стену. Но я представила, что передо мной сидит не Аяр, а Василиса Петровна из комиссии по охране труда, подруженька моей свекровушки. Эта змея крашеная каждое лето пытается доказать, что я где-то да нарушаю закон, нанимая школьников на сезонную работу. Я трудовой кодекс уже наизусть знаю со всеми пояснениями и примечаниями, а она все не уймется. И ведь не выскажешь прямо все, что о ней думаешь. Только вежливость, улыбка и параграфы ТК… только хардкор, короче говоря.
Зато у меня для таких случаев специальная улыбка есть. Когда чем больше злости в душе, тем слаще улыбаешься. И сейчас эта улыбка сама собой натянулась на лицо.
— Не знаю, почему ты молчишь и о чем думаешь, но мне все равно. Я дома всего, чего хотела, добилась, и у вас всего добьюсь. Сама.
— Добьешься, — согласился он. — Но ты уверена, что тебе совсем, ни в чем не понадобится помощь? Вообще никакая? Алина, честное слово, никто тебя не потащит замуж, но замуж — не единственный способ оказаться в семье.
— А какой еще? — фыркнула я. — Усыновление, что ли?
Глава 7
Как спрятаться от страха
Может, Аяр и ответил бы что-то, дохлебав свой кофе, но наше летающее блюдце вдруг дернулось и затряслось, будто древний запорожец на колдобистой грунтовке.
— К себе и ложись! — Аяр скомандовал это уже на бегу, и я, выскочив следом за ним из камбуза, только и успела заметить, как он вбегает в рубку.
Корабль трясло, мотало и болтало, я бежала к себе, растопырив руки в стороны и отталкиваясь то от одной стены, то от другой. Пока на очередном шаге пол не встал на дыбы и не врезался мне в лицо. Каким-то чудом я успела выставить руку, но только рассадила ладонь и локоть. Вот так засада! Руку печет, во рту кровь, в глазах искры, а в голове — картинка открытого космоса, от которого отделяет… да почти ничего не отделяет!
Знать бы еще, что случилось.
«Легче тебе от этого станет?» — осадила я себя. Доползла до своей каюты на четвереньках, отбив еще и плечо о стену — чертова болтанка! Кое-как добралась до койки. И только подумала, что меня сейчас снова на пол сбросит, как словно невидимым коконом обхватило, прижало к кровати, и тряска прекратилась. Хотя болтанка продолжалась: со стола упала недопитая бутылка с соком и моталась по полу туда-сюда, а я все не могла оторвать от нее взгляда. Если бы можно было что-то делать, как-то влиять на ситуацию, было бы не так страшно. А лежать обернутой в невидимый кокон так, что и не шевельнешься — и остается только гадать, что происходит и не разлетимся ли мы через секунду на миллион осколков… жуть жуткая!
Только я от страха всегда начинаю злиться. Вот и сейчас злость помогла взять себя в руки. «Собралась лежать и трястись? Алина, у тебя в голове шикарная обучалка! Займись, пока больше заняться нечем».
В самом деле, как я собираюсь всего сама добиться на Райале, когда почти ничего о ней не знаю? Оставим семьи в стороне. Давай: природа, климат, сельское хозяйство, продовольствие.
Что-то бухнуло и заскрежетало над головой.
«Климат», — выбрала я из выпавшего меню. Знать не хочу, что там скрежещет. Хочу выяснить, растут ли на Райале яблони.
Если не просто закрыть глаза, а с головой уйти в обучающие фильмы, можно забыть и о болтанке, и о страхе, и даже о бездонном космосе за стенкой. То есть на самом деле вроде и помнишь, но внимание уходит на другое и страхи отодвигаются на задний план, тускнеют. Если бы еще ушибы не саднили…
— Алина?
Райала холоднее и влажнее Земли. Почти нет пустынь, тропический пояс не такой жаркий, как на Земле, из-за преобладания высокогорий, в субтропиках — снежные зимы, а в целом тропики и субтропики занимают довольно узкую полосу. Основная часть населенных земель отличается прохладным летом и затяжной зимой. Не самый благоприятный климат с точки зрения сельского хозяйства. Но меня в целом устраивает. Персики с абрикосами выращивать не получится, а груши с яблоками — вполне.
Так, где здесь информация по садоводству?
— Алина!
Меня выдернуло из справочника местных садовых культур, и оказалось, что я лежу не у себя в каюте, а в медблоке, ушибы уже не саднит, а только слегка пощипывает, а надо мной возвышается нахмуренный Аяр.