– Он выгнал меня… – прошептала побелевшими губами. – Приказал отдать на потеху солдатам…
И маленькая Ленси повторила ее слова.
– Нет, малышка, ни один дракон не отпустит свою альхайру. Если он это сделал, значит, была причина.
– Причина опорочить мою честь? Унизить меня?
– Почему бы тебе самой это не выяснить?
– Зачем?
– Хотя бы за тем, что он все еще твой муж перед людьми и богами. И от тебя зависит будущее двух государств.
Губы девушки через силу сложились в горькую усмешку.
– А мое будущее? Оно от чего зависит?
– От того, какой выбор ты сделаешь.
Луннар на груди запульсировал еще сильнее. Он начал разогреваться, но девушка не обратила на это внимания. Все ее мысли занимала обида на Роннара, которая вспыхнула с новой силой.
Если она его альхайра, то почему он до сих пор не пришел за ней? Почему не ищет с ней встречи? Неужели драконья гордость не позволяет так унижаться? Нет, все гораздо банальнее. Он просто использовал ее глупую влюбленность. Вскружил голову, заставил сочетаться с ним браком. А она по-девчоночьи не могла отказать. Ах, сам император заявил, что возьмет ее в жены! Тут бы любая растаяла. И что же в конце? Что он хотел найти, когда заставил ее раздеться и подверг унизительному осмотру? Что его не устроило в ней?! Неужели она и вправду уродина, как всегда утверждала Лидия? Судорожное рыдание сотрясло ее сжавшуюся фигурку. Столько времени прошло, а рана, нанесенная Роннаром, все еще не зажила, все еще кровоточила. И боль была все так же сильна. Может быть потому, что где-то в глубине души она по-прежнему ждала и надеялась, что все это глупый сон. Что она вот-вот очнется, и окажется, что нет и не было никакого изгнания, никакого одноглазого дарга в пещере и этой Обители. Что она все это время провела в Лиловых покоях, нервничая перед брачной ночью, заснула на полчаса и вот такой кошмар ей пригрезился…
– Ленси…
Голос матери вырвал ее из забытья. Валенсия подняла голову и с удивлением поняла, что пока стояла, погруженная в невеселые мысли, комната и все, что находилось в ней, начало расплываться. Галерея сузилась, вытянулась, и девушке показалось, что ее засасывает в какой-то бесконечный тоннель.
– Мама! – она рванула в сторону светло-зеленого пятна, подгоняемая надеждой и страхом. – Подожди! Я хочу знать, что за выбор! Что я должна буду сделать?!
– Не ошибиться. Просто не ошибиться…
Грудь обожгло, будто к ней углем прикоснулись. Вскрикнув, Ленси схватилась рукой за раскаленный Луннар и… Она сидела в своей постели и сжимала в ладони амулет. Мокрая от холодного пота, задыхающаяся, с бешено колотящимся сердцем. За окном серебрилось ночное небо. На соседней кровати мирно посапывала Эмле. Переведя дыхание, Ленси разжала пальцы, сведенные судорогой. На ее ладони остался багровый отпечаток камня. Несколько секунд она бездумно вглядывалась в это пятно. Его края потихоньку бледнели, и постепенно перед глазами девушки начал вырисовываться миниатюрный силуэт летящего дракона.
Бедняга!
Ее будто под дых ударили. Приблизив ладонь к самым глазам, она застыла, чувствуя, как тело бросает то в жар, то в холод. Мысль, которая пришла ей на ум, была невозможной. Нет-нет, не стоит даже думать об этом! Она не может покинуть Обитель верхом на драконе. Их не пропустят незримые стражи. Те самые, что охраняют границы Обители. Никто никогда их не видел, но все знают, что эти бесплотные существа уничтожат любого, кто посмеет нарушить границу между мирами. И все же… Бедняга ведь как-то сюда попал… Имира сказала, что он ворвался без разрешения. Значит ли это, что он может без разрешения и вернуться обратно? Она должна это узнать! Отбросив одеяло Ленси вскочила на ноги. Всего минута поспешны сборов, и она подбежала к дверям. Но тут ее ждал сюрприз. Дверь оказалась крепко запертой. Сколько девушка ни дергала за ручку, сколько ни трясла, она отказывалась выпускать ее. Поняв, что выйти из комнаты не получится, Ленси с разочарованным стоном сползла спиной по двери. На ум пришла вчерашняя встреча с наставницей. Неужели Имира догадалась о ночных вылазках? Почему тогда не сказала? Ответ пришел сам собой: Имире не нужно озвучивать свои подозрения. Она знает обо всем, что происходит в этих стенах. Все было таким очевидным, что к глазам Валенсии подступили слезы. Наставница играла с ней, как кот с мышью. Позволяла думать, что не знает ее секрет. Но на самом деле Ленси не могла и шагу ступить без ее ведома. А теперь пожинает плоды своего безрассудства.