ленсию колотила крупная дрожь. Она все еще чувствовала на себе тяжесть чужого возбужденного тела. Все еще слышала этот звук, с которым затылок дарга вписался в скалу. И все еще видела, как он упал, будто мешок с мукой… Девушка потрясла головой. Не думать об этом. Не думать. Ей нужно позаботиться о себе. Этот дарг говорил что-то о герцоге. Значит, она кому-то нужна. Но вряд ли ее ищет друг. Лучше уйти отсюда, пока никто не пришел. Найти одежду, запутать следы, скрыться в горах… Искать путь в Этрурию. Вернуться домой, к отцу. Он ее защитит. Ленси попыталась представить карту Ламаррии. Аранейское море отделяло ее от Этрурии, но был еще один путь. В обход. Через леса Ремнискейна. Те самые, где водятся кельфи… Она еще какое-то время сидела, закрыв глаза и дрожа всем телом. Не в силах заставить себя подняться. Пока какой-то далекий звук, похожий на гром, не заставил ее встрепенуться. Вскочив, Валенсия раненой ланью заметалась по пещере в поисках выхода. Он оказался за выступом, который отделял грот от узкого коридора, идущего на поверхность. Она увидела кусочек ночного неба и звезды. Значит, все еще ночь… Но бежать в неизвестность в одном камзоле на голое тело было опасно и глупо. И девушка нехотя отступила. Она растерянно огляделась, и взгляд случайно упал на тело, лежащее у стены. Решение возникло мгновенно. На тот момент оно показалось единственно правильным. Сжимая амулет в потной ладошке, словно это придавало ей сил, Ленси маленькими шажками приблизилась к даргу. И со страхом заглянула ему в лицо. Тот лежал на спине, раскинув руки, а его единственный глаз был закрыт. Из уголка перекошенного рта сочилась кровь, густая и серебристая, словно ртуть. Девушка задержала дыхание. С замиранием сердца, готовая в любой момент отскочить, она опустилась на корточки. Но дарг не пошевелился. Она прислушалась – он не дышал. Ей не хотелось думать, что он мертв. Мертв по ее вине. Она стала невольной причиной его смерти, хотя и не желала этого. Стала убийцей… Гораздо легче было представить, что дарг без сознания. Но в глубине души Валенсия знала правду и то, что ей с этой правдой отныне жить. Превозмогая приступы тошноты, она ухватилась двумя руками за его левый сапог. Мужчина оказался на редкость тяжелым. Валенсии пришлось повозиться, прежде чем она сумела стащить с него обувь и часть одежды. Зато ей повезло. Дарг прибыл сюда не с пустыми руками: в сумке, брошенной у кострища, обнаружились куски вяленого мяса, сухой хлеб, фляжка с вином и огниво. И пачка хрустящих ассигнаций с гербом Ламаррии. Принцесса невесело усмехнулась, глядя на них. Кто-то заплатил за ее похищение… Пару минут она буравила деньги невидящим взглядом. Потом тяжело поднялась, подошла к телу и бросила пачку ему на грудь. Он заслужил свою плату. Покончив с этим, девушка быстро переоделась. Бриджи дарга на ней превратились в широкие штаны, которые пришлось подкатить. Как и рукава на рубахе. Ленси заправила рубаху за пояс, но штаны все равно спадали с нее. Недолго думая, она подвязала их шейным платком, позаимствованным у трупа. Поколебавшись, сунула в карман и алмазную булавку. Деньги ей скоро понадобятся. Ботфорты, разумеется, тоже были больше, чем нужно, и при каждом движении норовили соскользнуть с маленьких ножек принцессы. Но Ленси быстро догадалась, как это исправить. Обыскав дарга, она нашла нож и нарезала камзол Тарка на широкие полосы. Обмотала ими ступни. Теперь сапоги держались. Но что-то еще не давало покоя. Какаято незначительная деталь, которая все время ускользала от сознания девушки. Перед глазами вспыхнула пережитая сцена. Возбужденный дарг. Его руки, похотливо шарящие по ней. Его твердая плоть, упирающаяся ей в бедро… Нет, это больше не должно повториться. Ей придется обезопасить себя и от этого. К тому же, женщина в мужской одежде привлечет ненужное внимание.В Этрурии таких «льер» называли кшааш. И это слово было ругательством. Дрожащей рукой Валенсия сжала нож. В его отполированном лезвии отразилось ее лицо. Бледное, с дрожащими искусанными губами и напряженно застывшим взглядом. Это была совсем не та девушка, что несколько дней назад прибыла на Бал Невест в Драконью империю. И не та, что танцевала с императором, краснея от стыда и восторга. И не та, что с трепетом ждала свою первую брачную ночь… Этот дарг совершенно прав. Никто не придет к ней на помощь. Здесь она никому не нужна. Ей остается полагаться лишь на себя, если она хочет выжить и вернуться домой. Глядя себе в глаза, принцесса свободной рукой сжала волосы на затылке. И не выдержала – зажмурилась. К горлу подступили рыдания. Она усилием воли заставила себя проглотить их, а потом завела нож за голову.Острое лезвие полоснуло по волосам, отсекая прядь за прядью. Они падали к ее ногам, белые, невесомые, словно лебяжий пух, а по щекам текли слезы бессильной ярости и отчаяния. В этот момент она прощалась с самой собой. С той наивной и романтичной девчонкой, которой была до вчерашнего вечера. Стиснув зубы, она убивала ее в себе, отрезая локон за локоном. Пока не осталось ничего. Только короткий, рваный ежик, едва закрывающий уши и шею. Когда последняя прядь упала, девушка судорожно выдохнула и только тогда поняла, что ее рот наполнился кровью от прокушенных губ. Она сглотнула ее. Вытерла слезы. Немного подумав, собрала волосы и отнесла к потухшим углям. Запалила огниво, и через пару минут ее роскошные локоны превратились в кучку вонючего пепла. С застывшим лицом Валенсия зачерпнула полную пригоршню этого пепла вместе со старой золой и тщательно втерла в то, что осталось на голове от волос. Потом набрала на пальцы копоти, которой в избытке было на стене, намазала ею брови и веки. Ведь император наверняка будет ее искать, и не только он. А она больше не желает быть разменной монетой в играх драконов. Ее голова стала легкая, словно чужая. Затылок холодил ветерок, а шея выглядела до смешного тонкой и тщедушной. Теперь никто не заподозрит в перепачканном тощем подростке принцессу Этрурии. Покончив со сборами, Ленси накинула на себя куртку своего обидчика, сунула его нож за пазуху, а сумку повесила через плечо. И, ни разу не оглянувшись, вышла из пещеры под открытое небо.