Над цветами порхали разноцветные мотыльки и жужжали пчелы. Немного дальше возвышались хрустальные башни самой Обители и хозяйственные постройки из серого кирпича. Оттуда ветер доносил голоса послушниц, а еще запахи хлева и кухни. Шел уже второй день пребывания Ленси в Обители Светлых. Ей объяснили, что это не конкретное место, обозначенное на карте, а пространственный «карман», сделанный с помощью магии. Место, которое одновременно находилось везде и нигде. На него невозможно наткнуться случайно. Невозможно войти без разрешения. И поэтому здесь безопасно.
– Пока поживешь в комнате с Эмле, – продолжала Имира, – ее дар на таком же уровне, как у тебя. Будете вместе учиться им управлять. И пропускать занятия не советую, это не приветствуется. Так же у тебя будут обязанности по хозяйству, как у прочих послушниц. Как ты заметила, здесь девушки все делают сами. Кто может – с помощью магии, кто не может – с помощью рук.
– Но я не могу здесь остаться. Мне нужно вернуться.
– Неужели? – матушка сорвала с куста цветок, понюхала, а потом скомкала в ладони. – И куда ты собираешься возвращаться? Кажется, твой муж сам от тебя отказался.
Девушка вздрогнула. Слова Имиры, брошенные почти равнодушно, вошли в ее сердце острой иглой. – У меня еще есть отец! – пробормотала она, защищаясь. – И он беспокоится обо мне…
– Твой отец сейчас слишком занят, чтобы беспокоиться о тебе, – перебила Имира. – Несколько дней назад его брат вторгся с войском наемников в столицу Этрурии. И осадил дворец.
– Несколько дней?! – ахнув, Ленси ладошкой захлопнула рот. – Но как? Я же только вчера…
– Ты забыла? Здесь время идет иначе. И в мире смертных прошло уже две недели.
– Тогда я тем более должна поскорее вернуться в Этрурию! И быть со своей семьей!
– Зачем? – В голосе Имиры появились жесткие нотки. – Хочешь разделись судьбу сестер? Дядя уже подыскивает им место в монастыре подальше от столицы. Не сегодня-завтра дворец будет взят, твой отец сложит оружие, и новый король займет его место на троне. Думаешь, тебя там кто-то ждет?
Ее слова били наотмашь. Беспощадно и хлестко. В них была жестокая правда. Ленси на миг отступила под ее натиском, понимая, что Имира права. Она ничем не сможет помочь, даже если вернется. Разве что отправится в монастырь вместе с сестрами. Но в то же время она никогда себе не простит, если останется здесь, если не попытается сделать хоть что-то.
– Почему?.. – она вскинула на матушку отчаянный взгляд. – Почему именно сейчас? Неужели дядя Феликс устал ждать смерти отца? Трон бы и так достался ему! Имира покачала головой.
– Супруга твоего дяди недавно родила ему сына. Наследника. А твой брак с Ламаррией поставил под угрозу его право на трон.
– Брак? – Валенсия с горечью усмехнулась. – Вы о том унижении, которое мне пришлось пережить? Если бы я только знала, что мужчина, которого я полюблю, окажется столь жестоким…
Последние слова она прошептала, чувствуя, как сжимается горло. В глазах Имиры что-то мелькнуло.
– Драконы из клана Алмазных всегда славились крутым нравом. Так что я не удивлена. Отец Роннара по праву считался одним из самых жестоких правителей, каких знал этот мир. Не думаю, что сын от него отличается.
Она раскрыла ладонь, и с ее пальцев сорвался мотылек, трепеща нежно-розовыми крылышками. Но что-то в словах матушки царапнуло девушку. Что-то заставило насторожиться.
– Вы знаете больше, чем говорите, – произнесла принцесса не спрашивая, а утверждая. – Ведь так?
Имира даже не глянула на нее.
– Идем, – бросила она, разворачиваясь к цитадели. – Пора проверить твой дар.
Но Ленси не тронулась с места.
– Я никуда не пойду, пока вы не скажете, откуда столько знаете обо мне. И я не собираюсь здесь оставаться. Спасибо за все, но…
Она не успела договорить. В одно мгновение невидимая рука схватила ее за шею и вздернула над землей, выбивая воздух из легких. Острые пальцы впились в горло, заставляя издать тихий хрип. Девушка инстинктивно забилась, задергалась, пытаясь освободиться, но чем больше она сопротивлялась, тем сильнее сжималась ледяная удавка. Наконец, Валенсия безвольно обвисла. Ее голова упала на грудь, и волосы закрыли лицо. Матушка Имира несколько секунд оценивающе смотрела на сломленную принцессу. Потом не спеша приблизилась и приподняла лицо девушки за подбородок. Почувствовав на себе пронзительный взгляд, Валенсия с трудом приоткрыла глаза. Губы Имиры раздвинулись в удовлетворенной улыбке.