– Ты сегодня на себя не похожа. Что-то случилось?
Валенсии очень хотелось поделиться. И она уже раскрыла рот, но так и не заговорила. Что-то внутри нее подсказало, что лучше молчать и не посвящать никого в то, что ей довелось увидеть. После завтрака ее ждала Тани. Но и ей Ленси ничего не сказала. Только немного дольше, чем обычно, задержалась у загона Лежебоки.
– Хотела бы я знать твою тайну, – прошептала, разглядывая чешуйчатую морду. Словно в ответ на нее слова, анкр широко зевнул, продемонстрировав ряд острых зубов. А потом равнодушно отвернулся. Ленси показалось, что он сделал это нарочно. Что он услышал ее слова. Более того – он их понял! От возмущения ее руки сами собой сжались в маленькие кулачки.
– Можешь отворачиваться от меня сколько угодно! – фыркнула она, сверля глазами затылок ящера. – Я тебя видела!
Глава 24
Между тем, мир за стенами Обители продолжал своей жизнью. Люди рождались и умирали, любили и ненавидели, возводили новые города и разрушали старые, заключали союзы и устраивали кровопролитные войны. Все как всегда. Маленькая Этрурия переживала не лучшие времена. Король Фабиан, чье здоровье подорвали последние события, сдавал на глазах. Из сильного, полного жизни мужчины пятидесяти лет он в считанные дни превратился в седую развалину. Фабиан не был дураком и умел смотреть правде в глаза. А правда была в том, что наступил тот момент, которого он всегда опасался. У его брата Феликса родился сын – наследник. Единственный наследник королевского дома Этрурии. И теперь Феликс был готов на любое преступление, на любую подлость, лишь бы сохранить трон для сына. Фабиан не учел лишь одного. Что Феликс не будет ждать, пока старший брат освободит место на троне. Он и так долго ждал, наблюдая за его жалкими попытками породниться с драконами. Если бы император Ламаррии женился на одной из принцесс, это поставило бы под удар все его планы. Узнав о договоре с Ламаррией, Феликс утратил покой. Он почти перестал есть и пить, а озабоченное выражение сутками не сходило с его лица. Он похудел, стал злым и раздражительным. И не мог смотреть без тоски на младенца-сына. Трон, который он хотел подарить своему наследнику, уплывал у него из-под носа. И уплыл бы, если бы не супруга – его умница и красавица Климена, воистину дарованная богами. Однажды она сама к нему подошла. Обняла за шею и промурлыкала на ухо:
– Мой дорогой супруг, я знаю, как все уладить.
– И как же? – буркнул он недовольно. – Этот треклятый Бал Невест уже через три дня. Завтра мои племянницы отправятся в Ламаррию, а я до сих пор не знаю, как им помешать.
– А зачем им мешать? Пусть отправляются.
– Ты сама понимаешь, что говоришь? Если император Роннар женится на одной из принцесс, он никогда не отдаст нам трон Этрурии! Он посадит на него своего сына. Своего! А не нашего!
– Милый, ты видишь проблему там, где ее нет. Этот вопрос очень легко решается.
– Да? – он посмотрел на жену как на легкомысленного ребенка. – И как же?
– Нужно расстроить свадьбу.
– И каким это образом? Мы даже не знаем, кого из принцесс он выберет. Фабиан показывал копию договора. Там прочерк вместо имени невесты. Император потребовал доставить всех, чтобы он сам мог выбрать на месте.
– Ну, это тоже решаемо, – Климену такой поворот ничуть не смутил. Она долго думала, прежде чем затеять этот разговор, и сейчас была твердо уверена, что ее план сработает. – Девяносто девять процентов, что Роннар выберет Лидию. Она старшая, и по нашим законам должна первой выйти замуж. К тому же из всех принцесс она больше всего подходит на роль императрицы. Красивая, статная, довольно умная и знает себе цену. Драконы любят таких женщин.
Феликс призадумался. В словах его жены был резон.
– Ну, может и так. И что ты предлагаешь?
– Тебе не нужно саботировать свадьбу. Нужно сделать так, чтобы император выбрал невесту, вписал ее имя в договор, а потом сам от нее отказался.
– И ты знаешь как? – в глазах герцога мелькнул интерес.