– Ого… – голос Ленси предательски дрогнул. – Да ты здоровенный…
В ответ на ее восклицание зверь содрогнулся всем телом. Дернулся в сторону девушки, пытаясь подняться, и с гневным рычанием упал обратно на пол. Что-то удержало его, не позволив встать на ноги. Что именно – долго гадать не пришлось. Ленси услышала явственный звон металла. Анкр был прикован. На его мощной шее тускло поблескивал широкий металлический обруч, от которого в темноту уходила толстая цепь. Такие же «украшения» виднелись и на лапах. Кто-то стреножил его, как норовистую лошадь. Значит ли это, что он опасен? Ленси не рискнула подходить к нему слишком близко. Замерла в трех шагах от решетки, машинально сцепив пальцы в замок. Мысленно попыталась прикинуть габариты новичка. Если Лежебока в холке достигал семи футов, когда вставал во весь рост, то этот будет не меньше девяти. Такую громадину сложно себе представить.
– Интересно, откуда ты взялся? – пробормотала она, раздумывая, что делать дальше.
Анкр ответил рычанием. В клетке было слишком темно, чтобы рассмотреть подробности. Ленси вытянула руку вперед, позволяя возникнуть на раскрытой ладони маленькому светлячку. Этому фокусу она научилась еще в первые дни обучения. Через пару мгновений светлячок увеличился до размеров крупного яблока, оторвался от ладони, пролетел сквозь решетку и завис над головой анкра. Клетка озарилась ярким светом. Анкр с глухим воем накрыл морду хвостом. Его глаза привыкли к полутьме. Ленси охнула, отступая. Зверь действительно был прикован. Его цепи крепились к огромным кольцам, ввинченным в стены и пол. А из-под ошейника и кандалов, плотно врезавшихся в чешуйчатое тело, сочилась серебристая кровь. Да и вообще вид у него был потрепанный. Похоже, бедняга долгое время бился в оковах, надеясь освободиться. Помятые крылья уныло обвисли, чешуя коегде потускнела, а бока ходили ходуном, словно он все еще не мог отдышаться. Огромный зверь, пойманный в ловушку, которой он был явно не рад, вызвал у девушки приступ сочувствия.
– Бедняга… – Она подошла ближе к решетке, машинально отмечая полную до краев кормушку. – Решил уморить себя голодом в знак протеста? За что тебя так?
Анкр промолчал. Только кончик его хвоста нервно дрогнул. Ленси мысленно обозвала себя идиоткой. Неужели она всерьез ждала, что животное ей ответит? Но продолжила говорить, надеясь, что анкр хоть как-то отреагирует на ее голос.
– Тебе нужно поесть. Хотела бы я знать, откуда ты здесь и почему в таком виде.
– Он тебе не ответит, – раздался за спиной голос Имиры.
Подпрыгнув от неожиданности, Валенсия обернулась. Наставница стояла за ее спиной и со скучающим видом смотрела на ящера. Тот при ее появлении дернулся с угрожающим рыком. Рык перешел в сдавленный хрип, когда ошейник врезался в горло. Ленси поспешила опустить голову в знак приветствия. Но муки зверя не укрылись от ее взгляда.
– Не правда ли, он хорош, – заговорила Имира таким тоном, будто обращалась к самой себе. – Отличный экземпляр.
– Откуда он здесь, матушка? – осмелилась спросить Ленси, когда та замолчала. – И почему его заковали?
– Он вел себя слишком грубо. Ворвался без приглашения, хотел украсть одну из послушниц. Пусть теперь посидит здесь, подумает.
Все это Имира произнесла, не отрывая от дракона холодного взгляда. Тот же ответил ей гневным рычанием.
– Но зачем анкру послушница?
– Это особенная послушница, – наставница скрыла кривую усмешку. – Только он просчитался. Обитель не то место, где можно просто прийти и взять то, что захочется. – Она обернулась к Валенсии. – А ты что здесь делаешь? Разве я не велела тебе отдыхать?