- Хозяин не обеднеет. Боги, полоумная Луиза таких дел натворила. Бедный Пепа. Глупый мальчик, - она глубоко вздохнула и удрученно покачала головой.
- Попридержи язык. У теней есть глаза и уши, - многозначительно сказала Марта, и мне показалось, что ее взгляд устремился как раз на то место, где я скрылась в тенях..
Хорошо, что я уже была знакома с этой поговоркой, иначе подумала бы, что каким-то образом Марта раскусила мой шпионский замысел.
Кухарка и Марта вышли на задний двор. Там стоял запряженный в крохотную тележку милый серый ослик. Корзину поставили на тележку, Марта села впереди, свесив ноги, которые почти доставали до земли, цокнула языком и слегка тронула прутиком осла. Копытца застучали по камням и желтой высохшей земле. Я двинулась следом.
8.2
Ослик бодро бежал по дорожке. Удивительно, но в измененном состоянии я была гораздо выносливей. Словно частично покинула свое тело. Мышцы не сводило от усталости, дыхание не сбивалось, даже жара отступила на задний план.
Марта ехала в противоположную от храма сторону. Чем дальше мы отдалялись от моего отчего дома, тем беднее становился вид здешних домов. Вскоре мы выехали на пустырь. Кругом только камни, рыжая пыль да песок. Иногда на обочине показывались деревья с густой кроной. Ветки были унизаны шипами. Правда, эта грозная броня никак не мешала козам взбираться на них и общипывать мелкую листву.
Козы задумчиво жевали и провожали повозку Марты безразличным взглядом. Когда вдалеке показались убогие лачуги, слепленные буквально из грязи и мусора, Марта издала короткое «тп-ру-у!» и ослик, повинуясь команде, остановился.
Марта обернулась. Ее глаза прошлись по невеселому пейзажу.
- Ну, - сказала она требовательно. – Сейчас же проявись. Я тебя чувствую. Ты тащишься за мой от самого особняка господина Мойа.
Я замерла в нерешительности. Как это она меня чувствует? Я ведь вела себя тихо и осторожно, как ниндзя сливалась с тенями. Ни один след не остался за мной в дорожной пыли.
Марта достала из-под холщины нож-кукри. Изогнутый метал блеснул на солнце и безошибочно уставился в мою сторону. Важный вопрос предстал передо мной: можно ли меня поранить, если я нахожусь практически в другом измерении. Экспериментировать на этот счет не хотелось. Я тихонько шагнула в сторону, но маневр не удался. Клинок как стрелка компаса переместился вслед за мной и продолжал указывать на меня.
- Ладно, - сказала я, подняла руки и проявилась.
Марта чуть не упала от ужаса. Впервые за несколько дней я увидела, как эта железная женщина потеряла самообладание.
- Луиза?! Как такое возможно?! – она явно не поверила своим глазам.
Я пожала плечами, показывая, что я тут абсолютно ни при чем. Вообще не понимаю, почему она так испугалась меня. Наоборот, надо было бы спокойно выдохнуть. Не грабитель же за ней увязался.
Марта часто дышала. Кукри дрожал у нее в руке. Опускать она его не собиралась.
- Марта, это же я.
Марта соскочила с повозки и замахнулась на меня. Я отпрыгнула и растаяла в воздухе, перейдя в более глубокие и опасные слои тени.
И Марта перестала меня чувствовать. Она затравленно озиралась по сторонам и рассекала ножом воздух перед собой.
Я начала растворяться в вязкой реальности межмирья. Решила встать так, чтобы повозка оказалась между нами. На этот раз с трудом стала видимой для Марты.
- Марта, если ты меня убьешь, я на тебя правда обижусь, - я сказала полную нелепицу и подняла руки в знак полного, или почти полного отказа от дальнейшей борьбы. – Клянусь, что больше не буду следить за тобой. Тихо и спокойно вернусь домой и буду вести себя как истинная леди.
- Ты ведь не госпожа Луиза. Ты Тень, – Марта прищурилась.
- Ну да, Тень. Но вполне себе Луиза из плоти и крови
Марта продемонстрировала, перехватив сомнение свой устрашающего вида нож поудобнее. Странно, зачем она с собой взяла именно его в качестве оружия? Для защиты оно тоже подходит, но не очень удобное. Кукри обычно используют, чтобы ходить в походы, продираясь сквозь густые заросли. Что-то не заметила я тут джунглей. Значит, передвигаться в этой местности опасно.
- Это я вижу, а еще точно знаю, что никакая ты не Луиза. Господа могут обманывать себя сколько угодно, - взгляд у Марты был недобрый, - они рады, что у них есть ребенок, которого не надо больше прятать от людей. Ты не Луиза. У Луизы не было души. Она могла дышать, видеть, даже немного разговаривать, но… Я прекрасно вижу, что это тело заняло какое-то чуждое нашему миру существо. Что ты такое?