Машинально Элисон проверяла все приготовления к приему гостя. Она послала Эдлин распорядиться насчет ужина. В камине жарко горел огонь. Элисон пощупала матрас. Запах чистоты исходил от проветренного постельного белья. Заглянув в кувшины на столе, она нахмурилась. Возбужденные тем, что им довелось прислуживать легендарному наемнику, служанки забыли довести приготовления до конца.
Возле лохани одна из них взвизгнула, и Элисон раздраженно оглянулась на толпу девушек, окружавших Дэвида. Это что еще за вольности! Уж не воображают ли они, что раз он человек-легенда, значит, он и послан им в ответ на молитву? Она взглянула на разъяренного сэра Уолтера. Может, и он так думает? Не потому ли он стоит поодаль, наблюдая и ощетинившись, как сторожевой пес?
На мгновение толпа расступилась, и Элисон увидела Дэвида. По его обнаженному телу струилась вода. Нет, он не воплощение девичьей мечты. Разве что мечты кухарки, настолько он был худ. Или мечты прачки; ей еще не случалось видеть человека, прямо-таки заросшего грязью. Придется немало потрудиться, чтобы его отмыть, и что бы там ни думал сэр Уолтер, она выполнит свой долг хозяйки. Закатав рукава, Элисон взяла передник, приготовленный для нее служанками. Если бы это было возможно, она оставила бы его на их попечение, но теперь она не могла отступить, иначе сэр Уолтер счел бы себя победителем.
Ее спокойный голос мгновенно прекратил болтовню.
– А где вино и вода, если нашему гостю захочется ночью пить?
Хетти прижала руку ко рту. Раньше она была личной служанкой Элисон, но когда появилась Филиппа, ее сделали старшей над прислугой. Иногда, растерявшись, она забывала о своих обязанностях.
– Что еще не сделано? – спросила Элисон.
Толпа вокруг Дэвида растаяла. Хетти бегала по комнате, проверяя, как справилась со своим делом каждая из девушек. Все они оставались в спальне, надеясь, как думала Элисон, взглянуть еще разочек на легендарного наемника. Это мало ее беспокоило. Она опасалась не избытка гостеприимства, а того, что оно окажется недостаточным.
При ее приближении Дэвид глубже опустился в лохань, словно надеялся раствориться в ней.
Намыливая мочалку, Элисон попыталась смягчить его неловкость учтивым разговором:
– Как вам нравится эта комната?
Он наклонился вперед, позволив ей потереть ему плечи.
– Чудесная комната, – отвечал он вежливо. – Это ваша?
Ей захотелось вцепиться ногтями ему в спину. Элисон надеялась, что у него хватит ума не делать дурацких намеков. Она наслушалась их от множества рыцарей и лордов, считавших, что она томится жаждой по неизведанному наслаждению, и готовых удовлетворить эту жажду. Но обычно несколько холодных слов, как капли ледяной воды, охлаждали их пыл, и они уже больше ей не докучали.
Сегодня она не была столь тактичной. Она устала после дороги, и обязанности хозяйки казались ей невыносимо обременительными. Выжимая мочалку на голову Дэвида, она постаралась, чтобы щелок попал ему в глаза. Он с воплем вскочил и начал их яростно тереть. Подбежавшая с кувшином Хетти плеснула ему в лицо чистой водой. С покрасневшими глазами и злобной гримасой на лице Дэвид повернулся к Элисон. Она хотела кротко извиниться, но вместо этого неожиданно для себя сказала:
– Вы будете спать здесь один, сэр Дэвид. Но я уверена, любая из служанок согласилась бы составить вам компанию, хотя бы из любопытства. А теперь, если вы будете так любезны, мы покончим с…
Он схватил ее за руку с такой силой, что она испугалась, как бы он не окунул ее в воду. Воспитание говорило ей, что она это заслужила, дав волю своему раздражению. Но Дэвида ей нечего было опасаться, она могла с ним справиться.
– Так это моя комната? – спросил он.
Она стояла не шелохнувшись.
– Я же сказала.
– Я буду спать здесь… один?
– Да.
Ее мыльная рука выскользнула из его руки, и он не сделал попытки завладеть ею снова.
– У вас для каждого найдется комната?
– Для моих гостей. – Она начала понимать причину его удивления. – Вам не подобает спать на полу в холле вместе со слугами. У сэра Уолтера есть свое помещение в сторожке, где он может быть наготове в случае нападения, но я решила, что вы должны спать в башне.
– Поскольку я должен охранять вас. Она почувствовала, что сказала что-то не то:
– Да, вы должны охранять меня.
– Я могу с этим справиться, – выступил вперед сэр Уолтер.
От раздражения у нее задрожала рука, но она продолжила по обыкновению спокойно:
– Вы должны охранять весь замок и деревню. У вас нет времени на особое внимание, в котором я теперь нуждаюсь.
Она ожидала, что Дэвид добавит что-нибудь. Но он сидел в лохани и смотрел на них, как будто предвкушая забавное зрелище. Элисон еле сдержалась, чтобы не огреть его чем попало.
Сэр Уолтер, ворча себе под нос, отвернулся.
Дэвид наклонился вперед, подставляя ей спину. От шеи по спине извивался шрам. Когда Элисон намыливала его, то заметила, что у одного уха не хватает мочки. Она старалась прикасаться к этому месту осторожнее, но Дэвид, улыбнувшись, сказал:
– Ничего, трите как следует, мне не больно.
– Каким образом вы его лишились? – осторожно спросила Элисон.
В комнате все затихли, стараясь услышать его ответ.
– Я допустил ошибку, – Дэвид помрачнел.
– А ваш противник… – она остановилась, не зная, как продолжать.
– Его вдова уже снова замужем.
Это был краткий ответ сразу на несколько вопросов. Он не хвастался своими победами, а ей хотелось о них узнать. У нее были на это другие причины, чем у ошалевших от восторга служанок, – ей нужны были доказательства его доблести.
Он откинулся назад, и на его груди она увидела другие шрамы, полученные в сражениях и в борьбе за выживание. Сильные предплечья, привычные к обращению с щитом и мечом, пружинились мускулами. На кистях рук голубели вздувшиеся вены. На левой руке не хватало мизинца.
Приподняв его руку, она с ужасом спросила:
– Это вас мечом?
– Топором.
– Его вдова тоже уже замужем?
– Нет, – сказал он с отвращением. – Это была просто потасовка.
Элисон снова поглядела на то место, где должен был быть мизинец.
– Вы хотите сказать, драка ради потехи?
– Нет, – терпеливо объяснил он. – Для практики. Мы устраивали такие бои для практики и для развлечения придворных. – Он поднял руку, улыбаясь. – Размахнись сэр Ричард посильнее, и я бы потерял всю руку. – Окунув ее в воду, он добавил: – Я был тогда еще неопытный юнец, и мне просто повезло.
Повезло? Она думала иначе. Разные виды оружия оставили следы на его груди, а ребра выступали с ужасающей отчетливостью.
Быть может, он и вправду мог съесть целого гуся.
Элисон не могла вымыть ту часть его тела, что была скрыта под водой, а ей этого очень хотелось, и совсем не потому, что она была любопытна. Ей довелось мыть многих мужчин, и все они были одинаковы, даже легендарный сэр Дэвид. Но сэр Дэвид, очевидно, не слишком любил мыться, и она не знала, когда ей удастся убедить его вновь подвергнуться этому испытанию.
– Встаньте, – приказала она.
Он не отозвался, но высунул из лохани одну ногу и повернулся так, словно ему было в ней тесно. Да, она действительно была мала для человека его роста. Элисон принялась мыть ему ногу. Пальцы были обезображены мозолями, и от лодыжки до колена краснели шрамы.
– Ожог? – с сочувствием спросила она.
– Кипящей смолой со стены во время осады, – отвечал он.
– Вы захватили замок? – Она подняла его ногу и стала тереть ее с другой стороны.
– Да.
Над мускулистой икрой выступало острое колено, а бедро казалось несоразмерно худым.
Протянув руку ладонью вверх, Элисон молча ожидала, что он положит на нее другую ступню. Он пристально смотрел на ее руку. Она настойчиво пошевелила пальцами, и он, медленно подняв ступню, опустил ее ей на руку. На этой ступне у него не хватало большого пальца, и кожа плотно натянулась, обтягивая кость.