Вивьен растерянно моргнула, а волны мурашек, теплые и холодные, пронеслись по ее телу с ног до головы. Заинтригованная его настроением, она чуть было не спросила, действительно ли это входит в его намерения. Но слова не шли у нее с языка… от сознания, что именно этого она больше всего желает. Бесшабашность, охватившая ее нынешним вечером, а также чувство безнадежности породили естественную человеческую потребность хоть ненадолго забыться, насладившись его близостью. Кому повредит, если она отдастся ему? Они уже занимались этим прежде. Она просто не помнит. Что изменится, если они вновь будут близки? В конце концов, у нее не та репутация, которую нужно оберегать. Вивьен чувствовала себя опустошенной, одинокой и испуганной… Ей хотелось доставить ему наслаждение… и себе тоже.
Она испытывала неистовое возбуждение и странную беспечность, словно уже вступила на путь, с которого нет возврата.
Заметив их приближение, лакей поспешно опустил откидную лесенку кареты. Он был слишком хорошо вышколен, чтобы выказать удивление их ранним уходом, и ограничился короткими вопросами относительно пункта их назначения.
— Домой, — буркнул Грант и, предоставив лакею довести это до сведения кучера, помог Вивьен забраться в карету.
Сунув руку под юбки, она потрогала пульсирующий ушиб на голени и поморщилась.
— Болит? — нахмурился Грант.
— Не очень, но… — Она бросила взгляд на встроенный шкафчик, где стояло несколько хрустальных графинов. — Можно немного бренди? Мне как-то не по себе.
Без лишних слов, Грант налил бренди в маленький стаканчик и протянул его ей. Вивьен взяла стаканчик, поднесла к губам и залпом проглотила огненную жидкость. На ее глазах выступили слезы. Подавив кашель, она вернула ему стаканчик.
— Еще, пожалуйста, — хрипло попросила она.
Приподняв бровь, он окинул ее пристальным взглядом и снова наполнил стаканчик. Вторая порция проскользнула легче, и приятное тепло разлилось по ее телу. С легким вздохом Вивьен отдала стаканчик и сжалась в уголке сиденья.
— Так-то лучше, — вымолвила она.
— Вам нечего бояться, Вивьен, — сказал Грант, по-своему истолковав ее потребность выпить. — Я не позволю Лейну, да и никому другому причинить вам зло.
— Знаю. — Она посмотрела на него с доверчивой улыбкой, которая тут же поблекла от его следующих слов:
— Что вы обсуждали с Джерардом в нижнем саду?
— Ничего существенного.
— Расскажите мне, о чем шла речь. А я решу, существенно это или нет.
Поскольку ничто на свете не заставило бы ее признаться в своей тайной беременности, она лихорадочно придумывала, что бы такое сказать.
— Ну… лорд Джерард хотел знать, почему я с вами, и назвал вас жалким подобием джентльмена.
Это замечание вызвало у Гранта сардоническую усмешку, из чего Вивьен заключила, что он уже давно является мишенью для подобных уколов.
— Он неплохо разбирается в людях, — сухо уронил Грант. — Продолжайте.
— Затем он попросил меня оставить вас и вернуться к нему.
— И что вы ответили?
— Я обещала подумать.
— Мудрый ход, — холодно заметил он. — Если уж выбирать, то чем больше вариантов, тем лучше.
— Я не собираюсь снова становиться его любовницей, — заявила оскорбленная Вивьен.
— Кто знает? — Казалось, он сознательно настраивал ее против себя. — Когда все закончится…
— Вы этого хотите? — раздраженно спросила она. — Чтобы я вернулась к лорду Джерарду? Или нашла кого-нибудь еще, кто станет меня содержать?
— Нет. Я хочу совсем не этого.
— Чего же вы… — Она ахнула, когда он потянулся к ней, гибкий и стремительный, словно нападающий тигр, и притянул к себе на колени. Громадная рука запуталась в ее волосах, разрушая замысловатую прическу, рассыпая шпильки по полу кареты.
Дыхание Гранта было неровным, кровь прилила к лицу. Он терзался от ревности, досады, болезненного возбуждения — и все по милости соблазнительного создания, находившейся в его объятиях. Он измучился, желая того, чего никогда не получит, зажатый в тиски собственной совести. Прижимая к себе Вивьен, мягкую и нежную в облаке сбившегося шелка, он жаждал забыться в ее благоуханном тепле.
— Я хочу, чтобы вы остались со мной, — хрипло произнес он. — Чтобы стали моей.
Вивьен загадочно смотрела на него из-под полуопущенных век, будто понимала его терзания. Подняв руку, она ласково дотронулась до его щеки прохладными, затянутыми в перчатку пальцами.
— Значит, так и будет, — вымолвила она, обдавая его лицо легким дыханием. — Потому что я тоже этого хочу.
Эти слова выпустили на волю дьявола, пожиравшего его изнутри. Не в силах сдержаться, Грант стянул перчатку с руки Вивьен и прижал обнаженную кисть к губам, наслаждаясь прикосновением нежной кожи. Он сладострастно закрыл глаза, охваченный блаженством.
Вивьен осторожно отняла руку; ее дрожащие пальцы, высвободившись, скользнули по его напрягшейся шее. Грант не нуждался в дальнейшем поощрении. Склонив голову, он приник к ее рту, требовательно побуждая впустить его язык в сладостные глубины. Неистово стремясь вкусить ее полнее, Грант почувствовал лишь сильнейшую жажду.
Со стоном оторвавшись от губ Вивьен, он посмотрел ей в лицо, жадно озирая прелестные черты.
— Я не могу насытиться вами, — хриплым голосом произнес он. — Вы так прекрасны, так желанны… Вивьен, позвольте мне… — Руки его скользили по ее платью, дергая и отрывая застежки. Переливающаяся ткань с легким треском поддалась, крючки выскочили из петель, и лиф платья упал, обнажив чудесное нежное тело. — Позвольте мне, — повторил он и обхватил рукой ее стройную спину. Его ладонь накрыла упругую грудь, поглаживая большим пальцем мягкий розовый сосок, пока он не затвердел. Вивьен, извиваясь, прикусила губу, когда темноволосая голова склонилась ниже и влажное тепло его рта окружило маковку ее груди.