Джейден не реагирует на мою реплику, продолжая путь в молчании. Мы не пытаемся стать ближе, не пытаемся выстроить мост, на подкорке сознания считая, что уже слишком много всего произошло в наших жизнях. Если задуматься никогда не поздно, но пресловутый страх вновь дать себе надежду не дает пойти на поводу у сердца. Все слишком, слишком много времени прошло, слишком изменились наши жизни и мы сами, слишком страшно вести разговор прямо. И слишком сильна была любовь, которой на сегодняшний день ты дал иную форму, отличную от того, что было более восьми лет назад. Уже подходя к дому, Джейден вновь подает свой приятный баритон:
– Я улетаю завтра, был рад этой встрече, Киара. – колит, что не получится увидеть его послезавтра, но глупо было думать, что он здесь задержится. – И я, была рада тебя увидеть, Джейден. – понимаю, что прощание будет нелегким. – Надеюсь, ты все же осуществишь свою идею. – Буду стараться. – смотрю на него, снимая пиджак.
Забирает, но не двигается, держа его в руке. После тридцати секундного обмена нашим привычным молчанием, порывисто прижимает к себе свободной рукой и еле слышно шепчет:
– Прости меня, Киара. За все. – сердце болит, и я прижимаюсь щекой, вдыхая напоследок его аромат. – И ты прости. – одинокая слеза скатывается, смаргиваю, чтобы не увидел.
Такие, давно желанные слова, но так много времени ушло на то, чтобы их друг другу произнести. Чувствую, как прижимается к виску губами, пульс частит, а сердце грохочет тоской по этому человеку. И так же резко отпускает и стремительно уходит не оборачиваясь. Смотрю ему вслед и снова повторяю про себя «До встречи, мой любимый человек».
Глава 31
Киара
Плодотворная работа, вот так можно охарактеризовать последние несколько месяцев моей жизни. Я изучила основы ведения блога. Была мысль просто выложить одно видео, но ведь это не принесёт тех плодов, на которые я рассчитываю. Оставить на самотёк идея удобная, но, отнюдь, не зарабатываемая и не верная. В первую очередь, нашла программиста, страничка или полноценный сайт все же должен быть, поэтому прелестная семья Тоддов в этом мне помогла. Долго думала, но, в конце концов, сейчас я журналист для освещения тех или иных тем в интересных для меня проектах. Больше склоняюсь к чему то острому, резонансному и важному. Уж на интервью для звёзд, бизнесменов, моделей и прочей элиты здесь хватает журналистов. Поэтому надо брать то, о чем больше молчат. После увиденного в Мумбаи сложно по-прежнему не вникать в происходящее по другую сторону великолепного богато-бедного Лос-Анджелеса. Это и было, что ли, для меня определенным прозрением в направлении того, куда я хочу прийти. Пару месяцев я обдумывала план, эпизоды, последовательность, речи и прочее. От простого к сложного, от глобального к детальному. Уже есть небольшая аудитория, которая принимает мою работу и следит за новыми выпусками. Не обошлось и без критики, но тут я имею железную броню, которая если и дает трещину, моментально латается моими близкими людьми. И да, в этом кругу не хватает одного человека, но это не значит, что я не возвращаюсь к нему, особенно в меланхоличные дни. Легкое зудение в груди при мыслях о нем никуда не пропало, но я настолько к этому привыкла, что кажется без этого, я это не я. Признаться, я вдоволь поплакала после нашего прощания на денб рождения Эйми. Не так как раньше, а тихо и, можно сказать, даже спокойно, одновременно и с печалью, и радостью, провожая его в полноценную семейную жизнь. Радость не потому что эта история закончена, хотя по правде говоря, наверное и поэтому тоже, а потому как он будет прекрасным отцом. Если бы случилось, что в нашу бурную молодость это бы произошло, сложно сказать, что я бы испытывала, но уверена, что не избавилась бы от крохи, выросшей из любви и страсти. Сейчас, он уже стал отцом, буквально недавно сми гудели о том, что самый неприступно горячий футболист с несчетным количеством татуировок, наконец, стал отцом сына. Назвали Майкл, Майкл Джейден Рейнольдс. Звучит сильно, Эйми говорит, что он так и не изменился, и красок эмоций даже после рождения сына у него не прибавилось. Я не видела его вживую, лишь когда остаюсь одна, могу себе позволить посмотреть те, немногочисленные репортажи после матчей в сети. Странно, но я могу его видеть, то есть меня не разрывает изнутри от того, что чувствую. Наверно именно так выглядит зрелость. Сегодня день большой игры, какая-то схватка крупных клубов, и мы собираемся у Шермана, чтобы лицезреть это.