— Да, — я наклоняюсь над туалетным столиком и наношу тонкий слой блеска для губ. — Роберт приедет? — спрашиваю я, встречаясь с ней взглядом в зеркале.
— Может быть, но он всё ещё на работе, — Джорджия натягивает на лицо улыбку, которая заставляет меня обеспокоенно обернуться.
— У вас двоих все хорошо?
— Да...
— Не делай этого, — я подхожу к ней. — Мы не лжём друг другу, никогда.
Джорджия кивает.
— Я знаю. Прости. Просто для меня всё это в новинку. Я думаю всё вроде хорошо, но мне не с чем сравнить.
— Что заставило тебя усомниться в этом?
Щёки Джорджии становятся светло-розовыми.
— Он, мм… Он хочет заняться сексом, а я сказала ему, что я девственница, и...
— И он уважает это, верно? — я выпрямляю спину. Будь я проклята, если этот парень думает, будто сможет заставить мою сестру делать то, к чему она не готова. — Он не давит на тебя?
— Да нет, — она качает головой. — Но, когда я сказала ему, что не готова, он выглядел… разочарованным.
— Ну что ж, — мой голос повышается от раздражения. — Вы вместе всего ничего. Он может ждать столько, сколько ты посчитаешь нужным, или может бросать камни «блинчиком».
— У вас с Алеком был секс, — указывает она. Затем быстро добавляет: — Я не осуждаю.
— Я знаю, что это неправильно, — я беру её за руку. — Ты права. Мы с Алеком приняли решение быть вместе и прошли путь с нуля до восьмидесяти. Если он поступит по-своему, то мы поженимся к концу недели, — шучу я, наверное. Правда в том, что я действительно верю, что если бы я согласилась, то он бы женился на мне хоть завтра. Между годами, которые мы потратили впустую, не отдаваясь нашим чувствам, и потерей его отца, у Алека теперь нет желания терять ни секунды драгоценного времени.
Джорджия смеётся.
— Я рада, что вы, ребята, наконец-то вместе. Я просто не знаю, подходящее ли сейчас время для секса. У меня такое чувство, что я ждала так долго… Мне просто сделать это и покончить с этим? Или мне стоит ждать знака? И если да, то какого именно знака стоит ждать? Есть ли какой-нибудь идеальный момент для потери девственности, кроме как потеря её в первую брачную ночь?
На этот раз наступает моя очередь смеяться.
— Я так сильно тебя люблю, — я заключаю её в объятия. — Как ты знаешь, я потеряла свою в выпускном классе. Жаль, что я не дождалась Алека, но я никогда не думала, что у нас действительно появится шанс быть вместе. Очевидно, что я ничего не могу изменить, так что нет смысла зацикливаться на этом. Я не думаю, что для этого есть какое-то идеальное время, но могу сказать тебе, что, если бы я могла пройти через это снова, я бы, по крайней мере, убедилась, что люблю того парня, которому отдаю свою девственность. Не потому, что этот акт какой-то священный или что-то в этом роде, а потому, что, когда я была с Алеком, мужчиной, которого люблю, это делало всё намного лучше. Каждый поцелуй и прикосновение стал гораздо более значимым. Секс с Алеком – это не просто секс. Мы занимаемся любовью. Он боготворит меня, заботится обо мне. Итак, я думаю, что для того, чтобы ответить на твой вопрос, убедись, что ты любишь Роберта.
Джорджия кивает.
— Спасибо, Лекс, — она обнимает меня. — Он будет не в восторге, но я хочу ещё подождать.
— А если он этого не уважает, — говорю я, отстраняясь и глядя в ярко-зелёные глаза моей сестры. — Тогда надери ему задницу, — она тихо смеётся. — Я серьёзно. Мужчина, который заботится о тебе, подождёт, пока ты не будешь готова. Ты чертовски красива, Джорджия. Роберт, может, и твой первый настоящий парень, но это только потому, что ты приняла решение ни с кем не встречаться до него. Поверь мне, когда я говорю тебе, что ты можешь заполучить любого парня, какого захочешь, то это так и есть.
Джорджия закатывает глаза.
— Всё, Лекс, пойдём.
Когда мы выходим на улицу, Джорджия видит повреждения моей машины.
— Не могу поверить, что Джейсон сделал это, — заявляет она.
— Знаю, у нас нет доказательств, но я бы поспорила, что это был он, — я рассказываю ей, что произошло на пляже и обо всём, что сказал мне Джейсон, и как Макс ударил его.
— Отлично, — говорит она, морща нос. — Неудачник.
Мы едем на внедорожнике Джорджии к нашим родителям, и когда приезжаем, я вижу грузовик Алека уже на подъездной дорожке вместе с «BMW» Мейсона.
Мы заходим в дом, и первый, кого я вижу, – Алек. На нём рубашка «Станция 115», туго облегающая грудь, и шляпа в тон. Он разговаривает и смеётся с моим отцом, но, когда слышит, как закрывается входная дверь, прерывается и оборачивается. Наши взгляды встречаются, и мой желудок делает небольшой кувырок. Мы на самом деле делаем это. Мы с Алеком вместе.
Не думая ни о ком другом, кто мог бы наблюдать за нами, я пересекаю комнату, направляясь прямо к Алеку. Прошло всего несколько часов с тех пор, как я в последний раз видела его, целовала его, но я уже соскучилась по нему. Наши губы соприкасаются, когда он заключает меня в объятия.
— Я думаю, мы должны были сначала всем рассказать, — шепчет он мне в губы, когда мы прерываем поцелуй.
Мне требуется секунда, но как только я перевариваю то, что он только что сказал, то оглядываю комнату и обнаруживаю, что все смотрят на нас. У моей мамы и мамы Алека, Милы, на лицах широченные улыбки. Лицо моего отца представляет собой смесь улыбки и неодобрения. Мой брат и Джорджия смеются, а Мейсон демонстрирует понимающую улыбку.
— Ну, я думаю, теперь вы всё знаете, — я пожимаю плечами, чувствуя лёгкий румянец на щеках.
— Да, — как ни в чем не бывало отвечает мама. — И мы очень рады за вас обоих.
Она обнимает меня, и я вздыхаю в её тёплых объятиях. Может показаться, словно я делаю всё, что хочу, но мне всё равно небезразлично, что думает моя семья. Их мнение важно для меня, потому что они важны для меня.
— Папа, и ты тоже? — спрашиваю я, просто чтобы убедиться.
— Как бы мне ни была ненавистна мысль о том, что мои маленькие девочки выросли, я знаю, что это неизбежно, и мне становится немного легче от осознания того, что ты с мужчиной, который любит тебя, поддержит и позаботится о тебе, — папа целует меня в щёку. — Я люблю тебя, Лекс.
— Спасибо. Я тоже люблю тебя, папа.
***
— Они восприняли это хорошо, — говорю я Алеку, проводя рукой по его обнажённой груди. Мы лежим в постели и только что закончили заниматься любовью во второй раз. Вернувшись домой после ужина с родителями, мы отправились прямиком в его комнату и легли в постель, где и провели последние пару часов.
— Конечно, они хорошо восприняли, — он целует меня в висок. — Очевидно, мы были единственными людьми, которые не понимали, что изначально были созданы друг друга.
— Эй, я всё понимала, — я толкаю его в грудь, а затем приподнимаюсь на локти. — Я просто не думала, что ты такой, а потом, когда узнала, что ты такой, то испугалась, что ты передумаешь, или если у нас не получится, то я потеряю тебя… Я всё ещё беспокоюсь о последнем.
Алек притягивает меня к себе.
— Я люблю тебя, Лекс, и не могу сказать, что ждёт нас в будущем, потому что случиться может всё, — он тяжело сглатывает, и я знаю, что он думает о своём отце. — Но пока я жив, и ты готова позволить мне любить тебя, я буду проводить каждый день, любя тебя.
Поскольку мы оба всё ещё обнажены, то я завожу руку за спину и беру его твёрдую длину в свою ладонь, направляя её внутрь себя. Я вздыхаю, как только он полностью оказывается во мне и наши тела соединяются самым интимным образом. Подавшись вперёд беру лицо Алека в свои руки и шепчу ему в губы:
— И я собираюсь проводить каждый день любя тебя в ответ.
Глава 15
Лекси
— Это была грёбаная воздушная волна, — говорит Шейн, опускаясь на песок рядом со мной. — Если ты будешь покорять волны на соревнованиях, как делала это до сих пор, я не удивлюсь, если ты выиграешь. Твоя жизнь изменится. Туры, поддержка...