— Согласна, — говорит Мила. — Потрясающе.
Джорджия кивает.
— Самая красивая невеста на свете.
— Оно идеально, — Микаэла шмыгает носом. — Извини, я просто сейчас немного эмоциональна, — она вытирает слезу, и все смеются. Недавно подруга узнала, что они с Райаном ждут второго ребёнка, и она плачет из-за всего.
Я смотрю в зеркало, состоящее из трёх частей, в котором я отображаюсь со всех сторон, и изо всех сил пытаюсь улыбнуться. С ним всё в порядке. Платье красивое. Стильное, но не слишком девчачье. Цвет слоновой кости вместо белого, как я и хотела. Это платье длиной до пола, без рукавов, трапециевидной формы, в котором мне будет не душно на нашей летней свадьбе.
Это идеальное свадебное платье, и я должна быть счастлива, что, примерив всего пару, нашла его. Но трудно находится здесь в данный момент и быть счастливой, когда я не могу выбросить Джейсона из головы. То, как он злобно ухмыльнулся мне, когда наши взгляды встретились на Хантингтон-Бич, я почувствовала это нутром. Он был тем самым мужчиной, который напал на меня той ночью на пляже, и, судя по вкрадчивому выражению его лица, ему было наплевать на то, что я поняла это. Он знал, что ему это сойдёт с рук, и эта мысль в равной степени приводит меня в ярость и вызывает тошноту внутри.
— Лекси, — произносит мама. — А ты что думаешь? — её сочувствующий взгляд встречается с моим в зеркале, и я ненавижу себя за то, что всё порчу. Сегодня должен быть счастливый день. Я должна смеяться, улыбаться и быть такой взволнованной. Мы планировали этот день неделями, и когда она предложила отменить примерку, я настояла, чтобы мы поехали. До нашей свадьбы осталось всего несколько недель, и так много ещё предстоит сделать.
— Оно идеально, — отвечаю я ей. — И его даже не нужно переделывать.
Она подходит ко мне сзади и тепло улыбается.
— Из тебя получится прекрасная невеста.
— Спасибо тебе, мама, — я поворачиваюсь и обнимаю её, нуждаясь в её тёплом материнском прикосновении. — Я так сильно люблю тебя.
— О, милая, я тоже тебя люблю.
Поскольку мы устраиваем скромную свадьбу, у нас не будет много подружек невесты или друзей жениха. Алек попросил Чейза стать его шафером, а Джорджия будет моей подружкой невесты. Они будут единственными людьми, которые встанут вместе с нами у алтаря и подпишутся как наши свидетели. Итак, после того как я говорю продавщице, что хотела бы купить именно это платье, она помогает мне снять его и упаковывает, после чего мы уезжаем.
— Пообедаем? — предлагает Мила.
— Конечно, — соглашаемся мы все.
Мы заходим в гастроном, который нам всем нравится, и покупаем там супы и сэндвичи, чтобы перекусить на улице. Пока мы едим, мама и Мила обсуждают детали свадьбы, а мы с Джорджией смотрим на последние фотографии, которые Микаэла сделала со своим сыном Эр Джеем. Он такой очаровательный и это, кажется, немного пугающим. Он определённо унаследовал это от Микаэлы, а не от своего папочки.
Я откусываю от сэндвича, когда мой телефон уведомляет о входящем сообщении.
Алек: « Собери сумку, как вернёшься домой. Мы уезжаем на несколько дней».
Моё сердце и желудок трепещут при мысли о том, что я проведу какое-то время вместе с Алеком. Последние пару недель, несмотря на то, что мы спали в одной постели, когда Алек не работал, мне казалось, что мы плывём в океане, и каждого из нас тянет в разные стороны. Алек так старается достучаться до меня, но я так погружена в себя, что даже не пытаюсь пойти ему навстречу. Может быть, это то, что нам нужно. Некоторое время побыть вдали от дома, чтобы найти наш новый путь друг к другу.
Я: «Я буду готова!»
— Всё в порядке? — осторожно спрашивает Джорджия, переключая внимание на меня. В последнее время она практически ходит по краю, когда разговаривает со мной, боясь, что любой неправильный поступок доведёт меня до крайности. Мой отъезд также даст ей небольшую передышку.
— Да, мы с Алеком собираемся уехать на несколько дней.
Джорджия хмурит брови.
— Надолго? Мой выпускной в следующую пятницу.
— Ты думаешь, я пропущу твой выпускной? — усмехаюсь я. — Всего несколько дней.
Джорджия вздыхает с облегчением, затем хмурится.
— О, прекрасно. Ты оставляешь меня наедине с Чейзом, — она с отвращением морщит нос.
— Что не так с Чейзом? — спрашиваю я, зная, что они несколько раз ссорились в прошлом, но я не знала, что между ними всё настолько плохо, что она даже не хочет оставаться с ним наедине.
— Ничего, — быстро отвечает она, качая головой.
— Не делай этого, — я встречаюсь с ней взглядом. — Я знаю, что в последнее время я была... немного потерянной. Но не надо ходить передо мной на цыпочках, пожалуйста. Я уже и так чувствую, что между мной и Алеком всё натянуто. Я не вынесу если ещё и мы с тобой перестанем быть самими собой.
Джорджия вздыхает.
— Прости. Я просто не хотела тебя расстраивать.
— Я не собираюсь расстраиваться, — обещаю я ей. Если я до сих пор держусь, думаю, что выдержу и это...
— Ладно, ты права насчёт того, что ты была немного растерянной, — признает она. — Потому что, если бы ты была более внимательной, то заметила бы Чейза и его гиперактивный член, — она закатывает глаза, и я смеюсь.
— Его гиперактивный член? — она уже упоминала, что он переспал с несколькими женщинами с тех пор, как его развод был завершён, но этого следовало ожидать. Он молод и был женат много лет, и его бывшая жена причинила ему боль.
— Да. Каждый выходной у него в комнате новая женщина, иногда две, — она давится. — Я думаю, Алек попросил его немного успокоиться после того дня на пляже, потому что он действительно чуть успокоился. Но как только он узнает, что вы с Алеком уезжаете, он, вероятно, устроит оргию, — она притворно дрожит. — Он определённо доказывает, что член не сможет отвалиться от чрезмерного использования.
Мы с Микаэлой обе начинаем смеяться, а Джорджия свирепо смотрит на нас.
— Ты бы не смеялась, если бы тебе пришлось слышать его и тех девиц, с которыми он проводит каждую ночь.
— Слышать кого? — спрашивает мама.
— Чейза, — отвечаю я ей.
— Эти женщины смешны, — жалуется Джорджия. — О, Чейз, у тебя такой большой член, — фыркает она. — Если мне придётся услышать, как ещё одна женщина потешит его самолюбие, я покончу с собой.
— Похоже, это не единственное, что они гладят, — фыркает мама.
— Боже мой, мама! — взвизгивает Джорджия. — Нет, просто нет.
— Отличная шутка, — хвалит Мила мою маму, давая ей пять, пока мы с Микаэлой хохочем до упаду.
После обеда мы отправляемся в пекарню и выбираем торт, затем отправляемся по магазинам за моими туфлями и платьями для Джорджии и Микаэлы. Когда мы полностью закупаемся, то прощаемся с Микаэлой, которая приехала всего на один день и возвращается домой.
Поскольку я не уверена, куда мы с Алеком едем, то я беру с собой пару повседневных нарядов, купальник и что-нибудь красивое из одежды. Потом нахожу Джорджию, чтобы мы могли отдохнуть.
— Хочешь посмотреть «Одинокие сердца»? — спрашиваю я с порога.
Она поднимает на меня взгляд отрываясь от своего ноутбука, скорее всего готовясь к последнему выпускному экзамену, и лучезарно улыбается.
— Всегда, — она закрывает крышку ноута и кладёт его на прикроватный столик, затем похлопывает по матрасу рядом с собой.
Я запрыгиваю на кровать и прижимаюсь к ней, пока она щёлкает пультом, включая телевизор. Она находит серию на которой остановилась, и сериал начинается – Марисса и Райан ссорятся, а Сет умоляет Саммер уделить ему внимание.
Несколько минут мы смотрим в тишине, прежде чем Джорджия кладёт свою голову на мою.
— Я скучала по тебе, — шепчет она. Моё горло сдавливает от эмоций, и я закрываю глаза, чтобы не дать слезам вырваться наружу.