- Давай подумай до осени, подучи язык. Может, у нас кого присмотришь. Не решай с плеча.
А Мирослава уже рыдала в голос, она вскочила и побежала во двор. Я лишь крикнула ей вслед:
-Стой, дура.
Вот я дура сама, зачем лезла не в своё дело. Пусть бы брат её разбирался сам.
Сейчас прибегут Яромир и Харальд, даже не знаю, что им скажу. Но нет, появился Риг, его я и не ожидала увидеть.
Сел на скамью и посмотрел на меня. Почему-то молчал. Но потом видимо решился:
- Вроде ты говорил...
- Хочешь сказать, что у меня память плохая? - вот это я ошиблась, нельзя так говорит с викингом.
В его глазах появилось, что-то устрашающее. Он сейчас точно поставит на место дерзкого мальчишку.
- А ты уверен, что она будет счастлива там у вас? Среди чужих людей и обычаев?
Он не успел, ничего ответить, в дом ворвался Харольд. Он готов был меня убить, подошёл и навис надо мной. Я сидела на скамье и даже не пошевелилась, ну убьет и что. Пусть уж всё закончится.
- Что пришёл доделать дело Дира? Давай. Он уже её отца убил. А теперь...
Вошёл Олег, подошёл ко мне и сказал:
- Может, хватит - он смотрел мне прямо в глаза, и я их отвела.
Встала и вышла во двор. Взяла Искорку и поскакала к своему обрыву. Он всегда меня ждёт и понимает. Я ему навечно верна.
Дорогие и уважаемые читатели, поддержите начинающего автора, в желании воплотить в жизнь, свою мечту.
Мечту написать книгу! Спасибо за поддержку! Спасибо за критику, если будет!
Не позволит нам небо...
ГЛАВА 11
До того, как мы чашу судьбы изопьем,
Выпьем, милая, чашу иную вдвоем.
Может статься, что сделать глотка перед смертью
Не позволит нам небо в безумье своем. Омар Хайям
Начало червеня ( июня ) 750год н.э
Я вернулась уже по темноте, в дом вошла и сразу уснула. Утром вспомнила, что вчера оставила не законченным разговор с викингами. Даже не знаю здесь они или уехали.
Велела позвать Олега, его долго не было. Уже подумала, что вообще после вчерашнего не явится. Но нет, вошёл и встал в дверях. Повернулась к нему:
- Сядь, поговорить хочу.
Сел молча, даже не смотрел.
- Олег, ты с своими пойдёшь или останешься?
- Мне уйти? Хочешь этого?
Я молчала, выбор же ему дала. Сам и выбирай.
- Может мне за вас за всех всё решать, и в руки вкладывать. Сами чё не можете решить? Сам чего хочешь?
- Уйду, ты же этого хочешь?- сейчас он заглянул мне в глаза.
Стащила тряпку с лица и повернула лицо в его сторону.
-Так лучше и понятнее?
- За что ты меня наказываешь? Я только хотел, что бы ты не поссорилась с друзьями и не жалела потом об этом,- произнес он с болью.
Я замолчала, просто опустила глаза вниз.
- Иди отсюда, давай - я ели сдерживала слёзы.
- Не пойду, - он просто подошёл и сел рядом.
Всё, слёзы хлынули ручьём, напряжение последнего времени вырвалось наружу. Олег рукой наклонил мою голову к себе на плечо, как когда то бабуля, а потом отец. Я тихо скулила и сопли кулаком размазывала.
- Всё, теперь иди, сопли сама вытру. И спасибо.
Он вышел, не говоря не слова, наступила тишина. Ещё, какое-то время приходила в себя.
Вышла во двор и пошла к дому Яромира и Мирославы. Открыла дверь, Мирослава хлопотала у печи, Яромир чистил ножны меча. Встала на пороге и спросила:
-Я могу войти в этот дом или детская дружба уже не в почёте.
Мирослава бросилась мне на шею:
- Знаю Всеслав, что ты прав. Я буду учить язык их и свадьбу отложим до осени.
- И ты меня прости Мирослава, знай в обиду тебя не дам. Если нужна будет помощь, всегда помогу.
Яромир молчал, даже не смотрел на меня. Подошла и положила руку на плечо:
- Давай на охоту сходим, как раньше на целый день в лесу.
Он поднял глаза на меня и замер на миг:
- Сегодня?
- Сейчас! Девки поесть соберут и поедим.
Быстро собрались, раньше обычно с раннего утра уходили , а сейчас мне было плевать на охоту и дичь хоть и время было к полудню, выехали.
Ехали, молча, я немного расслабилась, и нахлынули воспоминания. Вспомнила вересковый букет от Яромира и улыбка появилась на лице под тряпкой. Посмотрела, вокруг всё цвело, радуга из полевых и лесных цветов.
- Ты уже не хочешь мне дарить букет, сдался или просто нашёл девку себе нормальную. Рада буду только за тебя. - Зачем я это сказала? Сразу же пожалела.