– Двадцать пять, а ума, как у подростка, – он невольно ус-
мехнулся. – До сих пор так и не знает, кем она хочет быть, когда
вырастет.
– Да уж, достаточно распространенная проблема в наше
время.
– Пожалуй, самая большая проблема в ее жизни – я.
Я не смогла сдержать смешок, ведь я являюсь такой же обу-
зой для своей сестры. Так иронично. Ей всегда приходилось до-
ставать меня из всякого дерьма, вырывать из лап смерти снова
и снова. Будь я более открытой и не такой стеснительной, сказала
бы много слов благодарности. Но так уж сложилось, что мы во-
обще не обсуждаем с ней мои постоянные выходки. Не понимаю,
то ли ей тяжело об этом говорить, то ли ей глубоко все равно.
– Почему ты самая большая проблема для сестры?
– Всю жизнь воюем друг с другом как кошка с собакой. Но
все равно она для меня очень близкий человек.
Волосы Ричарда были убраны в аккуратный хвостик, чтобы
ими не играл сильный ветер, который так и нашептывал о при-
ближающемся ливне. Как только мы ступили на порог моего
дома, все тучи, словно ожидая этого момента, устроили земле
настоящий обстрел водой. Я ощутила удовлетворение и выдох-
нула с облегчением.
– Это мой дом, заходи. Можешь поставить холст здесь, –
я указала на небольшой коридор между моей комнатой и кухней.
– Миленький домик. Все так идеально убрано. Ты перфек-
ционистка?
– Есть такое. Ты голоден? Я могу что-нибудь по-быстрому
подогреть.
– Я бы хотел попробовать, даже если бы был очень сыт.
– Что же, тогда добро пожаловать на мою кухню.
– Благодарю.
Пока я доставала заготовки из морозильной камеры, Ричард
внимательно осматривал кухню, полную растений и милых су-
вениров с цветочным принтом. За окном гремел гром, сверкала
гроза, стало достаточно темно и мрачно. Я включила свет.
– Так ты во время прошлого нашего телефонного разговора
был с сестрой? – я нервно помешивала овощную смесь.
– Ну да. Стой, подожди. А ты подумала что-то другое?
– Ну...
Ричард мило улыбнулся и опустил взгляд к нежно-коричне-
вому полу. Он явно делал свои выводы насчет данной беседы.
Кажется, уже нам обоим было очевидно, что я без особой на то
причины испытала ревность в тот раз.
– Ты же не подумала, что я тот еще обольститель женских
сердец? Сегодня с одной, завтра с другой, – он продолжал в упор
смотреть на меня, не прекращая улыбаться. – Я таким образом
жизни никогда не был заинтересован.
– Мне как-то неловко говорить об этом, – я выключила пли-
ту и принялась накладывать нам еду.
– Я заметил, что ты очень скована в плане взаимоотноше-
ний. Тяжелый жизненный опыт?
– Скорее его отсутствие, – я тяжело выдохнула и села на-
против Ричарда, подавая ему порцию. – Потом как-нибудь рас-
скажу, если получится.
– С нетерпением буду ждать твоих историй. – Он взял вилку и при-
нялся рассматривать еду. – Это амарант? Выглядит очень вкусно.
– Да. Причем на рыбном бульоне. Так он более насыщенный
по вкусу. Надеюсь, у тебя нет ни на что аллергии? И любишь ли
ты рыбу?
– Уж поверь, в еде я неприхотлив. В детстве была аллергия
на апельсины. Но это только потому, что одним прекрасным
днем я их объелся. С тех пор я их не особо люблю. Пахнет вкус-
но. Спасибо за теплый прием.
– На здоровье.
– Знаешь, это очень аппетитно. Мне нравится сочетание
овощей с этой крупой. Еще погода такая уютная. Словно аппе-
тит сильнее из-за нее.
– Да... Сейчас бы упасть на мокрую траву и промокнуть до
нитки, – я томно вздохнула.
– А разве что-то этому мешает?
Я была не готова открыться настолько Ричарду. Хоть и ка-
залось, что я вполне естественно себя веду, на самом деле вну-
три меня было настоящее смятение. Совсем непонятно, что го-
ворить, что спрашивать. И есть ли мне вообще дело до жизни
чужого человека? А с другой стороны, человек не станет близ-
ким, если не пройти все этапы общения, изучения друг друга.
Но мне так некомфортно поддерживать диалог, мне так утоми-
тельно долго находиться с кем-то наедине.
– Ну так ты можешь это прекратить, если тебя что-то не
устраивает, – я услышала голос Николаса внутри себя.
– Да как-то неловко человека за порог во время дождя вы-
ставлять.
– Вовсе не неловко.
– Тебе легко говорить. Сам попробуй кого-нибудь поста-
вить в такое положение.
– Сандра, я бы с радостью, но он меня не услышит.
– Ай, некрасиво так поступать. Я не смогу.
– А. То есть, по-твоему, куда лучше наносить ущерб себе,
своему комфорту, эмоциональному состоянию? Только потому
что тебя заботит его реакция? Неужели ты так и не поняла, что