его эмоции не в зоне твоего контроля? Это будут уже его про-
блемы, если он испытывает что-то негативное от твоего пред-
ложения покинуть ТВОЙ дом.
– Но он помог мне, принес этот огромный холст, хотя у него
были совершенно другие планы.
– Так что же теперь, где закончится мера твоей благодарно-
сти ему за это? Еще год будешь терпеть его компанию?
– Слушай, Николас... – наш мысленный диалог прервал во-
прос Ричарда.
– О чем ты так задумалась? Если не хочешь лежать при мне на
траве во время ливня, я тебя пойму. Это нормально, – он усмехнулся.
– Спасибо за понимание, Ричард. К тому же дождя уже
нет, – я указала на окно, в которое уже начали пробиваться сол-
нечные лучи.
– Вот и славно. Думаю, теперь я могу сходить за кистями
для сестры, – Ричард направился к выходу. – Еще раз спасибо
за столь теплый прием. Мне все очень понравилось. Если захо-
чешь прогуляться в свободное время, только скажи. Для тебя
я всегда свободен. До встречи, Сандра.
– До встречи.
Я закрыла дверь и съехала по стене, тяжело выдыхая нако-
пленное напряжение. Не помню, когда последний раз так долго
находилась с кем-то наедине. Это дико изматывает меня. Где же
кроется истинная причина этого «отклонения»? Может быть,
это из-за нее?..
Прежде чем приступать к рисованию, нужно тщательно
подготовить холст. Я сделала паровую баню на плите и замеси-
ла специальный желатин, который был куплен мной пару часов
назад в художественном магазине. Первым слоем нужно нано-
сить именно его, чтобы картина простояла без особых измене-
ний множество лет. Поверхность холста с этим желатином ста-
новится гораздо тверже и комфортнее для нанесения красок.
Этот процесс требует сосредоточенности и точности. Са-
мое главное – нанести аккуратно, равномерно и так, чтобы он
не впитался и не прошел на обратную сторону холста. Для этого
я круговыми движениями наношу желатин с помощью круп-
ной плоской кисти, слегка нажимая при этом. Обычно процесс
грунтовки занимает у меня четыре дня, так как я делаю два
слоя. А каждому слою нужно около восьми часов для полно-
го высыхания. Чтобы картина была более яркая и красочная
сквозь годы, вторым слоем я наношу акриловый грунт, вместо
желатина.
Такая сосредоточенность над процессом заглушает мои веч-
ные потоки мыслей. Поэтому я так люблю создавать картины.
Возможно, они и уберегли меня от множества истерик, плохого
настроения и страшных мыслей. Или хотя бы отсрочили этот
кошмар на несколько часов.
Когда процесс грунтовки был закончен, я посмотрела в окно.
Солнце было в нескольких шагах от того, чтобы спрятаться за
густыми кронами деревьев. Мне захотелось сходить в пропи-
танный запахом дождя и свежести лес, сделать несколько атмос-
ферных фотографий. Еще с детства у меня есть традиция – хо-
дить босиком после ливня с грозой. Это расслабляет, освежает
и помогает испытать приятное состояние. До леса было реше-
но прогуляться именно так. В спешке натянула нежно-зеленую
юбку до колена и розовый укороченный кардиган с вышивкой
в виде клубничек красного цвета. С волосами решила ничего не
делать. Распущенные, с легким эффектом завивки, они выгля-
дят потрясающе. Долго не думая, я вышла навстречу вечерней
прохладе.
Я надела наушники, включила песню Norwegian Wood в ис-
полнении Маршала Уильямса и погрузилась в свои воспоми-
нания от этой чарующей мелодии. Она ассоциируется у меня
с особым периодом жизни. Тогда уже была глубокая осень. Всю-
ду на пути мне встречались голые деревья. Они были словно
мертвы. Я закурила свою любимую японскую сигаретку Peas,
поправляя темно-серое пальто. Все в тот год психотерапии при-
няло самые мрачные оттенки. Я жила в нашей «родной» квар-
тире вместе с сестрой и ее парнем. За плечами у меня уже было
минимум три попытки самоубийства. Разбитая, я прогулива-
лась по главной аллее города, фонари на которой только-только
включились. В отличие от меня, они ярко горели, отдавали свой
свет всему, что их окружало.
Я шла на главную площадь, чтобы в очередной раз понаблю-
дать за людьми, которые вечно спешили по своим делам. Там
я вдохновлялась для своих мрачных серых картин. Было ли мне
страшно, что случай с изнасилованием повторится? Нет. Вну-
три меня наступило затишье. Мне было абсолютно все равно на