– Скажите, а Вы часто там бываете?
Я наблюдала за каждым ее движением, как она нервно по-
правляла свои крашеные пепельные волосы, длиной до ее губ.
Они были покрыты темно-розовой матовой помадой. Казалось,
что я ощущала их легкий аромат. Что-то нежное, фруктовое.
– Пару раз в неделю, – она передала мне листовку и приня-
лась снова смотреть по сторонам. Что ее так беспокоит?
Мы попрощались так же быстро, как промчался наш коро-
тенький диалог. Но это лишь казалось. Среди всех людей, кото-
рых я видела на этой площади, больше всех засела в моей голове
именно она.
Я улыбнулась своим воспоминаниям, по всему телу пробе-
жала приятная волна мурашек, смешанная с болью. Они при-
коснусь к каждому сантиметру моего тела, растекаясь и усколь-
зая, словно волны океана.
Вечерний летний лес зачаровывал меня своей красотой,
атмосферой, журчанием ручья, стекающими после дождя по
гладким листьям каплями. Я словно ощущала неподдельный
и первозданный аромат лета. Это похоже на настоящую сказку,
где нет места жесточайшей тьме, самобичеванию, ужасу. Есть
только я и лес. Больше ничего вообще не существует. Мыслей
нет. Внутри меня тишина и покой. Это ощущается по всему
телу будоражащей волной всевозможных чувств.
Наступать на мокрую траву босыми ногами приносит особое
удовольствие, я испытываю дрожь в теле от соприкосновения
с холодными каплями, но мне это нравится. Всюду скрученные,
словно спрятанные в своих домиках, бутоны цветов, трели птиц,
шелест легкого ветерка. А самое прекрасное – пробивающиеся
сквозь деревья оранжевые лучи солнца. В воздухе ощущается
влажность, и она словно делает эти лучи еще более яркими, за-
метными, четкими. Это поистине прекрасно. Мир вокруг – целая
кладезь драгоценностей, вдохновения, воздушности, любви.
Словно это место было всегда моим домом. Словно я вырос-
ла тут сама, без помощи посторонних. Интересно, если бы все
люди были способны вырасти сами, без опоры на родителей,
насколько бы они были уникальны, не подвержены влиянию
взрослых, окружения, системы, которой мы все так поглоще-
ны. Все приняло бы совершенно разные краски. (Если не брать
в счет, что не все люди выросли бы адекватными.) Но с точки
зрения творчества – это был бы настоящий прорыв. Мне так
кажется.
Утро встречало меня тяжелыми тучами и мерзким дождем.
Самая ненавистная погода, когда все небо затянуто грязными
серыми облаками, дождь из которых кажется самым ужасным
зрелищем среди погодных явлений. Совершенно никаких по-
ложительных эмоций в нем не ощущается. В душе только кака-
я-то тоска, одиночество и мрак.
Я задернула шторы, чтобы не портить себе настроение
еще больше. Телефон напугал меня своим резким уведомле-
нием. Мне что-то без перерыва написывал Ричард. Я не хо-
тела даже смотреть. Сегодня я не в настроении. Когда он уже
начал настойчиво звонить, я не удержалась и злобно подняла
трубку.
– Да?!
– Алло...
Его голос наполнился растерянностью и смятением. Он еще
несколько секунд помедлил, словно надеясь, что мой грубый
тон ему показался.
– Не хочу показаться навязчивым, но я стою прямо у тебя
под дверью. Просто мимо проходил, решил зайти.
Его голос показался мне каким-то смущенным, я предста-
вила, как он смотрит себе под ноги и перебирает ими.
Наспех я почистила зубы, умылась, расчесала волосы, поме-
няла легкую пижаму с рисунками ромашек на нежно-розовое
вязаное платье чуть выше колен, которое подчеркивало мою
фигуру. Если день такой ужасный, я могу быть лучше, чем он,
и сама создавать свое настроение. Или же все дело в Ричарде?
– Доброе утро, проходи, – я распахнула дверь.
Ричард достал из-за спины букет, состоящий из астр и хри-
зантем. Они были нежно-розовых и белых оттенков. Какие-то
цветы были темнее, какие-то своей белоснежностью слепили
мне глаза. Я испытала ужас.
– Спасибо...
– Вижу, ты в шоке? – Ричард усмехнулся и передал букет мне
в руки. – Они очень подходят к твоим глазам и этому платью.
Ты всегда так по дому ходишь? Интересно и загадочно.
Пока я стояла и всматривалась в букет, олицетворяющий
для меня лишь смерть и увядание, Ричард переступил порог
моего дома и начал снимать обувь. Еще немного помедлив,
я закрыла дверь и направилась за Ричардом на кухню. Он
пришел сюда второй раз, но уже ощущал себя как дома: сел за
стол, сложил руки в замок, словно ожидая от меня каких-то
действий.
– У меня-то и вазы нет... – я смущенно опустила глаза и по-
ложила букет возле мойки.