– Ты сейчас шутишь? – он округлил глаза.
Я задумалась о своей жизни, об отношении к букетам.
– Тебе никто и никогда не дарил цветов? – он прикрыл рот
рукой. – Ой, прости.
– Звучало достаточно грубо, но да. Никто не дарил мне бу-
кеты. Никогда.
– Это катастрофа. Мне жаль... Значит, это надо исправлять!
Ричард менял свое выражение лица очень быстро от одной
эмоции к совершенно другой. Он то удивлялся, то выражал сочув-
ствие, то безудержно радовался. Все это показалось мне каким-то
неестественным. Словно он сильно возбужден и волнуется.
– Нет, не надо. Меня устраивает жизнь без букетов.
Я не могла сдерживать свои глубинные чувства тоски и гру-
сти. Они начинали выступать на моих глазах слезами.
– Я сейчас приду. Поищу что-нибудь, куда можно поставить
цветы. Погоди пару минут, пожалуйста. Можешь пока что по-
ставить чайник.
Я выбежала из кухни, словно моей жизни угрожала опасность.
Мое тело повалилось на кровать, я кричала в подушку. В моей го-
лове не укладывается цветочный бизнес. Почему люди покупают
эти чертовы букеты? Почему всем так радостно от их мучитель-
ной смерти? Картина, как кто-то подрезает каждый день стебли
цветов, сохнущих в вазе, меняет им воду, лишь бы они медленнее
погибали изо дня в день, просто приводит меня в ужас.
– Почему, почему, почему! – мои руки безжалостно избива-
ли кровать, издавая глухие постукивания.
– Так уж устроен этот мир. Все во благо красоты, – мои во-
лосы поглаживали острые пальцы Николаса. Он склонился над
моим содрогающимся телом.
– Это так тупо, Ник!
– Общество так не считает. Нет смысла переживать над тем,
что ты не в силах изменить. Да и над тем, что можешь... – он
прекратил гладить меня. – Просто скажи ему о своем отноше-
нии к этой индустрии. Он же не знал.
– Не знал, что я чокнутая?
– Отчасти.
Он сказал это усмехаясь. Его острые пальцы продолжили
гладить мои волосы. Еще несколько минут мы просидели в пол-
ной тишине.
– Почему ты всегда появляешься, когда тут Ричард? Ты рев-
нуешь? – я подняла голову с подушки и повернулась к Никола-
су лицом. Начала пристально смотреть в его алые глаза. Мои
слова рассмешили его.
– Нет конечно. К этому... Ричарду?
– Да, к Ричарду, – мои руки машинально сложились на гру-
ди, а на лице читалась настоящая претензия. Хотелось узнать
истинную причину.
– Все очень просто. Когда он здесь... – в дверь постучались.
– Сандра, все нормально? Я уже чай приготовил. Я могу войти?
– Нет. Я почти нашла вазу. Сейчас. Еще минутку. Подожди
на кухне! – мои руки машинально вытирали слезы, а ноги носи-
ли мое тонкое тело по всей комнате.
– Да ладно тебе, если вазы в доме нет, ее не найти. Позволь,
я куплю ее тебе. Белую или прозрачную? – его голос звучал не-
много раздраженно из-за двери.
Я вышла и направилась на кухню, словно никакого Ричар-
да и не существует. Мне нужно было срочно что-то придумать.
Банка! Точно, банка!
– Вот! – я указала на пятилитровую емкость, где еще две не-
дели назад был вишневый компот. – Сюда-то я их и поставлю...
Мои движения были резкими, с нотками нервозности.
Меня начало все раздражать. Я испытываю настоящую труд-
ность перед разговорами о том, что меня не устраивает. А не
устраивает меня вся эта обстановка: внезапный визит Ричарда,
букет, недосказанность Николаса. И чем дольше я пытаюсь что-
то произнести, тем невозможнее мне кажется вся эта затея.
– Все в порядке? – Ричард настороженно сел за стол и потя-
нулся к моим любимым вишневым конфетам.
– В-все превосходно! Букет шикарен! – мои дрожащие руки
поправляли бутоны. А в голосе читались явная агрессия и па-
ника. В один момент я не смогла себя контролировать, резко
отвернулась от вазы и села за стол.
– Ты кажешься мне какой-то взволнованной, – его рука по-
тянулась к моим пальцам.
Я не знаю, что со мной произошло, но я нервно шлепнула
его по кисти, из-за чего сама дернулась. Все тело начало назой-
ливо чесаться, щеки залились румянцем, мое лицо начало пре-
дательски гореть. Я очень раздражена и вот-вот не смогу себя
контролировать. Мне редко доводилось кричать на кого-то, но
казалось, если Ричард произнесет еще хоть слово, я выпущу
все, что во мне накопилось. Мне так этого не хотелось. Правда.
– Думаю, сегодня не лучший день. Тебе стоит уйти. Изви-
ни, – я отвела стыдливый взгляд в сторону.