детства, в которой пелось про мальчика с мыльными пузыря-
ми. Мы постоянно ее пели вместе, чтобы отпустить напавшую
на нас грустинку. Всегда срабатывало.
– Я так тобой горжусь, балбеска, – он обнял меня у самого
порога. – Заходи если что. Но только не сильно часто!
Я засмеялась, открывая дверь. Мои щеки пылали от алкого-
ля, ноги стали жить своей жизнью.
– Скучать не буду! Было бы по кому! – вывалилась в подъезд.
– Провожать не буду. Пусть хоть собаки съедят.
– Я тебя тоже люблю, дядюшка Сэм! – я протянула его имя,
коверкая звуки.
До дома Сандры я дошла без происшествий. Даже ни разу
не упала. Несмотря на ее рассказ об изнасиловании, я ниско-
лечко не боялась столкнуться с чем-то подобным. Что идти
и трястись, если все по итогу будет хорошо? Какой шанс, что
меня изнасилуют именно сейчас? Какой вообще смысл в пере-
живаниях?
В квартире была кромешная тишина и темнота. Я аккурат-
но залезла к себе в комнату и провалилась в сладкий сон.
Утро встретило нас первым снегом. Все оконные рамы были
устланы белыми хлопьями, которые чаровали взгляд.
– Вот уж не думала, что зима настигнет нас так быстро, –
Сандра задумчиво смотрела в окно, попивая свой любимый
ягодный чай.
– Да, скорее всего, сегодня все растает, и новую порцию сне-
га еще не скоро увидим, – я налила кипяток в чашку.
– Сомневаюсь.
– Хочешь поспорить? – я ухмыльнулась.
– Давай. Уверена, что завтра снега будет еще больше. И он
нескоро еще растает, – Сандра протянула мне руку.
– А я уверена, что завтра его уже не будет, – моя ладонь со-
единилась с ладонью Сандры.
У нее были ледяные руки, отчего по моему телу пошли не-
приятные мурашки. До этого дня мне не приходилось задумы-
ваться о ее холодных руках.
– На что спорим?
– На интерес.
– Ладно, – она разбила наши руки.
Фонари погасли, зимний сумрак раннего утра постепенно
покидал наш город. Мне было ко второй паре. Надела недавно
купленную зимнюю одежду и поспешила на занятия.
Уже совсем скоро меня ждет череда зачетов и экзаменов.
Я привыкла готовиться с Миртл и Нэнси, но, видимо, эту сес-
сию мне придется сдавать в одиночку. Что же, посмотрим, на
что я способна.
Я снова увидела их вместе. Они выглядели беззаботно, рас-
слабленно. Это было на них не похоже. Обычно перед сесси-
ей они бьются в конвульсиях тревоги, чтобы успеть все вызу-
брить. Сейчас же по ним этого совершенно не видно. Хотя, кто
знает, как они ведут себя в часы подготовки. Интересно, они все
еще ходят каждый вечер в наше кафе? Или тоже его забросили?
После занятий я направилась в дом престарелых. Снег под
ногами приятно хрустел, намекая мне, что я начинаю проигры-
вать в нашем споре с Сандрой. Невольно улыбнулась своим мыс-
лям. Уже не терпится услышать от нее фразу: «А я же говорила».
Она живет своими глубинными чувствами, интуицией,
эмоциями. Рациональное мышление словно обошло ее сторо-
ной. Иногда мне кажется, что у нее оно, скорее, какое-то маги-
ческое. Просто она это отрицает и чуть что скрывает. Словно
ей стыдно. Кто же ее так напугал или, лучше будет сказать,
оскорбил за это? Надо будет как-нибудь узнать.
Подходя к привычному зданию, я увидела на пороге Сандру.
Она застыла, словно фарфоровая кукла, не отводя от меня сте-
клянного взгляда. В сердце что-то безвозвратно погибло. Я по-
няла все без слов. На улице поднялся сильный ветер, облака
плакали снежными хлопьями вместе со мной. Я не проронила
ни слова, как и Сандра. Мы молча стояли друг напротив друга
около пяти минут. Сделать шаг навстречу ей означало для меня
лишь одно – пустить еще одну трещину где-то внутри себя.
А затем другую. И еще одну. А я уже не могу так. Я не хочу так.
– Нет! – я заорала, смотря на нее. – Скажи, что это не так!
Почему ты молчишь?!
Ее потускневший взгляд лишь опустился к земле, где уже
все было завалено снегом. Она лишь поджала губы и пустила
первую слезу. Словно я пробудила в ней своим криком то, что
она так упорно сдерживала. Словно ей нужно было разрешение
на слезы. Словно ей нужно было мое принятие.
– Рейчел, – она едва процедила сквозь зубы и стукнула но-
гой. – Рейчел больше нет.
Наши заплаканные глаза встретились. Я стремительно напра-
вилась к Сандре, чтобы обнять. Но она лишь увернулась, думая,
что я хочу зайти в дом. Мы застыли, касаясь плечом друг друга.
– Я не хочу туда идти, – я повернулась к Сандре всем телом.
– И не надо. Ее уже увезли, – она осталась так же неподвиж-
на, смотря куда-то вдаль.