Выбрать главу

Благими намерениями, как известно, вымощена дорога в ад. И стоит ли удивляться, что Ксюшу застигли побочные эффекты от зелья в самый неподходящий для того момент. Переживая из-за отъезда Снежина больше, чем того следовало, она потеряла всякую осторожность.

— Это моя территория, моя стая! Почему я должна прятаться от всяких там… сыночков Альфы! — Как-то с утра ворчала девушка.

Ей не нравилось сидеть взаперти. Под домашний арест она посадила себя сама. Но не предполагала, что он затянется. Однако, мама поведала о последних новостях и Ксения поняла, ей ещё неделю, не меньше, торчать в четырёх стенах.

— А что Углёв, уехал? Ему-то нет смысла задерживаться. — Закинула удочку оборотница, крутясь перед зеркалом.

— Почему спрашиваешь? — Заглянула к ней Катерина.

— Ну просто так, ма! Уж и спросить нельзя? — Недовольно всплеснула руками девушка.

— Какая ты у нас красавица! — Улыбнулась блондинка, думая о том, как быстро растут дети. Вчерашняя девчонка уже невеста на выданье. — Про Углёва не слышала. Может и уехал. И слава луной богине! Не хотелось бы опять краснеть. Его сестра к нам с того злосчастного дня не приезжала. У Альфы чёрных хватило ума не тащить сюда девочку из-за которой мы дружно оскандалились.

— Степан верный семьянин. Теперь-то чего бояться? Кто старое помянет, тому глаз вон.

— А кто забудет, тому оба! Если тебе интересно, Артём добрался благополучно. Макар звонил ему, ну а мне Яся рассказала. — Поделилась Катерина с дочерью.

— Не интересно. Мне плевать добрался он или сгинул! — Психанула оборотница. — Я ушла, вернусь неизвестно когда. — Выбралась она через окошко, слыша в спину всякое. Она бежала от напоминаний о том, кто разбередил что-то внутри. Там теперь болело. И боль требовалось заглушить.

Ксюше было морально тяжело находиться рядом с кем-то. Необходимость держать лицо и эмоции под контролем сдавливала и не давала дышать. Девушка ощущала себя скверно во всех смыслах. Даже физически молодая оборотница ослабела. Упадок сил, плохое настроение и полное душевное неравновесие. Она искала уединения и направилась прямиком в лес. Там не станут смотреть и задавать вопросов. Там покой. Хотя бы его видимость.

Однако, надышаться воздухом в тишине Ксении не позволили. Тот, от кого она пряталась, нашёл её, будто только и ждал, когда лопнет её терпение. Волчица внутри встрепенулась. Пушистая изменила себе и попятилась. Обычно, она принимала вызов. Но не сегодня. Девушка рванула с места. Бежала человеком, не зверем. Надеялась на успех.

Ветки в лицо, ветер в ушах и сердце грохочущее на всю округу. Быстрая, но не быстрее того, в ком течёт Альфа-кровь. Оборотницу настигли и прижали к стволу дерева. Парень дышал словно вот-вот и обернётся. Ноздри его раздувались, а в глазах темнота. Не та, что манит и затягивает в плен. Другая. В такую нырнёшь и не вынырнешь. Сгинешь в ней навечно.

— Грабли убрал!

— Не играй в смелую. Драпала как трусиха. — Насмешливо произнёс Углёв.

— Стасик, тебе не пора ли до дому, до хаты? — Дерзила Ксения, хотя он прав, внутри клубился страх.

— Всегда успею. Ты составишь мне кампанию. Не была ведь в нашей стае. — Коснулся её плеча парень.

— Я сама выбираю маршруты. Уже не смешно, Стас. Хватит! Если нюх не отбило, то чуешь, я не твоя. — Еле сдерживалась, чтобы не оттолкнуть девушка и призывала к разумности в своей манере.

— Хм-м… Не моя, но прокатиться с красивой девочкой на машинке с ветерком. Мм-м-м! Удовольствие! — Криво улыбнулся оборотень.

— Не потони в беспорядочных связях. Красивых девочек много, но истинная всего одна. Обидно будет, если встретишь, а кое-что не сработает. — Когда он прижался и поцеловал её в шею, пролепетала Ксюша.

— Вдруг в нашей стае ждёт твой волк?

— Мой волк приехал бы за мной. Я за парнями не бегаю.

— За двуликими — нет. А тот человек, которого хотела заставить ревновать? — Ударил по больному Стас.

— Пошёл ты! — Скривилась Пушинка и втиснула между их телами руку. — Альфа Кир по головке не погладит за подобное. Зажимайся с теми, кто не прочь. Я против, ясно?! — Сверкнула глазами Ксения, по-детски пригрозив зарвавшемуся двуликому вожаком. Углёв лишь дьявольски рассмеялся на её слова.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍