— Ах! — вскрикивает Розалия, словно ее только что осенило — Бьянка! Она же тоже принцесса!
— Да! — кивает бабушка — Я помню эту трагедию. Брат короля и его жена погибли при пожаре много лет назад. Реймонд и Бьянка остались сиротами.
— Мы все это помним! — подхватывает Розалия — Но почему Бьянка живет у нас? Почему принцесса крови прячется в доме государственных преступников? От кого?
— Нам неведомо, что происходит в королевском дворце! — веско произносит бабушка — И это не наше дело.
Повисает тяжелая тишина. Королевская семья — запретная тема. Обсуждать их дела — все равно что ходить по тонкому льду.
— Боже! — вдруг шепчет Розалия, и ее лицо бледнеет — Мы так неуважительно к ним относились! Я много раз ругала Бьянку за то, что она пачкает платья! И на Реймонда кричала, когда он стоял на дороге как столб, и мешал мне пройти!
— Мы же не знали! — успокаивает ее бабушка — Они сами выбрали быть инкогнито.
— И что же, так все и останется? — интересуется Розалия — Мы им не скажем, что все знаем? Будем делать вид, что ничего не произошло?
— Нас могут привлечь за похищение принцессы! — тихо, но отчетливо говорит бабушка.
— Ох! — Розалия хватается за голову — Этого еще не хватало! Почему король и его родственники никак не оставят нас в покое? Чего им от нас надо?!
"Я бы тоже хотела это знать!"
— Лилу, ты должна поговорить с Реем! — вдруг восклицает Розалия, находя единственно верный, по ее мнению, выход — Ты должна пойти к нему, и решить эту проблему!
— Нет! — вскрикиваю я.
Говорить с ним? С Вороном? У меня не хватит духу.
— Ты должна, Лилу! — твердо говорит бабушка.
И они обе смотрят на меня. Одна — с надеждой переложить груз на мои плечи, другая — с несгибаемой уверенностью в том, что таков мой долг.
Я должна. Я глава семьи Тушен, и должна смотреть в глаза своим страхам. Должна посмотреть в глаза человеку, который разрушил мою жизнь и который, возможно, прямо сейчас планирует уничтожить то, что от нее осталось.
— Хорошо! — произношу я, и слова царапают горло — Я поговорю с ним.
Выйдя из покоев бабушки, не поднимаюсь к себе. Моя комната кажется сейчас тесной опасной клеткой. Спускаюсь в сад и сажусь в старой деревянной беседке, увитой плющом. Ночной ветерок пробирается под платье, холодит разгоряченную кожу, и я понемногу прихожу в себя. Ледяной ужас отступает, сменяясь густым, вязким туманом сомнений.
Не более месяца назад я была готова на многое, чтобы увидеть лицо Ворона, узнать его тайну. Я была даже немножко в него влюблена. Меня манила и притягивала эта загадочная опасная личность. И вот, узнала! Почему же не рада этому? Куда исчезло притяжение, ушедшее вместе со жгучим любопытством?
Знаю ответ. Все дело во лжи. Рей-Ворон все это время обманывал меня, притворяясь лучшим другом. Это рождает ненависть, и приводит в ужас.
Вдруг в голову приходит мысль — а что, если я ошибаюсь? Что, если Рей — вовсе не Ворон? Да, он принц, и уже только этим можно объяснить многие его странности. И его жестокие слова о дружбе. Принц не может жениться на простолюдинке. Это правда. А Ворон — может. Кто ему, самому всесильному человеку в королевстве, посмел бы помешать? Ворон бы так не сказал. Он бы просто взял то, что хочет.
Возможно, все проще и одновременно сложнее. Принц Реймонд, по какой-то неведомой причине, скрывается в нашем доме вместе с сестрой. И, возможно, я ему действительно нравлюсь, но долг и происхождение ставят между нами непреодолимую стену. Эта мысль приносит странное, горькое облегчение. Такая правда ранит, но не убивает. В отличие от другой. Мне действительно нужно поговорить с Реем. Как с принцем Реймондом. Ничем не выдавая своих страшных подозрений о Вороне.
Слышу, как тихо хлопает задняя дверь дома, ведущая из кухни во двор. В полосе света, падающего из окна, я вижу высокую фигуру Рея. Он идет по двору, и луна выхватывает из темноты его уверенный силуэт. Куда это он так поздно? Мое сердце снова начинает колотиться, но на этот раз не от страха, а от жгучего любопытства. Я должна проследить.
Скидываю башмаки, оставляя их под скамьей. Холодная роса обжигает ступни. Осторожно, на цыпочках, крадучись, следую за ним, прячась за раскидистыми кустами сирени и приземистыми хозяйственными постройками. Он идет не к главным воротам, а к калитке в задней стене поместья, той, что служит для доставки угля и продуктов.
Он бесшумно открывает деревянные створки, выходит и оставляет их чуть приоткрытыми.
Здесь, за нашим домом, тупик, заросший бурьяном пустырь. Других домов нет. Идеальное место для тайной встречи.
Затаив дыхание, подкрадываюсь к воротам и приникаю глазом к узкой щелке между створками. Луна светит ярко, заливая пустырь призрачным серебряным светом. И я вижу двоих. Рея. И помощника Ворона. Того самого, что раньше ходил с перевязанной рукой. Его лицо я хорошо помню, и сейчас оно отчетливо видно.