Шатен-телекинетик спрятал в большие кулаки пешки темного и светлого хрусталя и попросил Аину выбрать. Ей выпали светлые. Она победоносно улыбнулась. Я пожала плечами. Это ни о чем не говорит.
Аина сделала первый ход конем.
Шахматы считались изначально мужским занятием. Но в академиях с прошлого столетия их ввели как обязательный предмет, а потому аристократки научились играть. Именно поэтому я и предложила Аине партию в шахматы. Быстрый и легкий способ законно получить свой камень, ибо меня обучали на дому лучшие мастера шахмат!
Аина не владела должным уровнем. Я задела ее слабые места, и она согласилась. Если бы она предлагала сама, то вряд ли выбрала бы эту игру. На четвертом ходу, когда ее ферзь погиб от коня, которого Аина по своей невнимательности не учла, как угрозу королеве, дочь герцога вдруг поняла, что попала в ловушку, а потому, скрипя зубами, наблюдала, как я расчищаю поле от белых фигур, как загоняю ее короля в угол, и с этим ничего нельзя поделать.
- Шах и мат, Аина. Отдавай ожерелье.
Раскрасневшаяся от напряжения и злости, девушка сорвала со своей шеи серебро и кинула им в меня. Я ловко поймала драгоценность.
- Благодарю! - обрадовалась я.
- Давай снова! - рыкнула леди.
- Нет уж. То, что мне было нужно, я получила, - Я сжала ожерелье, оглядела присутствующих и ухмыльнулась: - Мерзкий монстр все же умнее великолепной Аины, - Я встала и быстро направилась к выходу из сада.
- Что, боишься, монстр, ведь второй раз не повезет? - пыталась задеть меня Серэйн.
- Мои же уловки на мне не работают, - разулыбалась я и продолжила путь.
Это было быстро и совсем несложно. А ведь вначале я почти представила, как врываюсь в ее покои, забираю ожерелье, истощая всех на своем пути!
Дома я достала мой самый маленький обсидиан и отнесла к ювелиру-материалисту. Тот сотворил ему оправу и цепочку и вручил мне готовый кулон, в котором теплилась энергия самого сильного созидателя. Вернувшись в свою комнату, я упала на кровать, прижимая к груди свое сокровище. Я не смела поглощать эту кроху! Но как же удивительно было, что простое прикосновение к ней преображало меня! Седина растворилась в золотисто-коричневом оттенке. Я не могла поверить в это, глядя на себя в зеркало.
Вскоре вернулся домой отец, и я рассказала ему о случившемся.
- Не зря я и Сион учили тебя, - гордо произнес он, целуя меня в макушку.
- А ты что-нибудь смог найти?
- Викториас - на то и легенда, что ничего от него не осталось. Кроме сказок. Когда я спросил у хозяина архива, есть ли что-то связанное с самым сильным лордом, он посчитал мой вопрос шуткой.
- Жаль. Но я дальше буду искать, ведь если есть один предмет, то должно быть что-то ещё.
-Не хотел тебя огорчать, - тяжело вздохнул отец, - но я желаю, чтобы ты мыслила трезво. Мирэй Викториас умер пятьсот лет назад. Пусть он твой источник, что я считаю высшим издевательством судьбы над моей дочерью, ты не должна зацикливаться на этом. Я сегодня прочитал об энерийцах еще кое-что интересное и могу с уверенностью сказать, что ты сможешь жить без Источника, если преодолеешь свои инстинкты. Ты не чистокровная энерийка. У тебя должно получиться!
Его слова причиняли боль, раздражали всю мою суть, но папа был прав. Я давно должна взять себя в руки и бороться против этой привязанности. Правда, легче сказать, чем воплотить в реальность. Глядя на обсидиан, я испытывала ни с чем не сравнимую нежность. Я вспоминала глаза Мирэя, руки, мощное тело и аромат… Я прокручивала в голове его голос. Он звучал все больше как в тумане, но по ночам я слышала его особенно четко. Во снах мне казалось, что созидатель испытывает ко мне ответную страсть, что в тот момент, когда я к нему прикоснулась, он одновременно со мной ощутил ураган эмоций…
В расстроенных чувствах этой ночью я не могла заснуть. Я ворочалась, пока не вспомнила о сказке про дракона. Она всегда помогала мне заснуть. Раньше мне читала ее мама, теперь пришла очередь самой себе почитать. Ну, и пусть это по-детски! Я с рождения не воспринимаю человеческие нормы общества, как четкие указания к действиям.
Я взяла с полки старую и потрепанную книжку и открыла.
“На далеком-далеком севере, в жестоком краю диких ветров, в обсидиановой пещере спит черный дракон в одиночестве. Никому не нужен он.
Но были времена, когда он свободно летал в небе, и слава о побежденных врагах его, разносилась на всю округу. Молодой дракон жалел людей, а потому не причинял им вреда. Но люди боялись его, сторонились из-за могущественно силы его. Но однажды он влюбился в принцессу, что не бежала со страху от него. Хороша та была собой внешне, а внутри оказалась чудовищем. Предала она дракона, полюбив другого. Вызвал дракон соперника на дуэль. Одним крылом взмахнул дракон, стирая с лица земли противника, как побежала принцесса сопротив него и приняла на себя весь удар. Так невольно дракон уничтожил свою же любовь. Загоревал дракон дикой печалью. Разразился яростью. И уничтожил целый город. Схватили его маги и заперли в пещере. Дракон не сопротивлялся. Ему было все равно.