– А покушать?
– Ничего не хочу! – воплю я, чувствуя страх от того, что такое может случиться.
Беру с полки книгу и решаю, погрузившись в чужую историю, забыть о своей. Но, пробегая глазами строчку за строчкой, не улавливаю смысла, переваривая одновременно с прочтением разговор с бабушкой. В голове, как бы старательно я ни выкидывала их, звучат ее слова: «Он живет в Санкт-Петербурге, ты – в Москве, ничего у вас не получится!».
Через полчаса бессмысленного просматривания страниц я откладываю книгу и пробую уснуть. Сегодня я так мало спала, и у меня это получается.
Просыпаюсь я спустя несколько часов от острого чувства голода и иду на кухню в поисках еды.
Погрев себе суп, я ем и решаю, что пора мне пойти к Мише. Как бы ни было тяжело начинать этот разговор с ним, я должна
была
набраться мужества и все рассказать.
Миша открывает дверь и тут же приглашает войти. Я вхожу и, не спрашивая разрешения, направляюсь в его комнату.
Только войдя в нее, я осознаю, что веду себя так, как, возможно, мне уже и не полагается. Взглянув на него, понимаю, что он тоже чувствует себя не в своей тарелке и не понимает, как теперь общаться со мной. Эта жуткая неловкость объединяет нас.
– Прости меня, – шепчу я. Я действительно чувствую себя виноватой за то, что скрыла истинную причину своего отъезда, и что изменила ему…
– Ты обещала все рассказать, – напоминает он.
– Да.
Задумываюсь, с чего начать, и начинаю с детства, с той боли, что испытала, потеряв Веру, с той ненависти к Вадиму, что росла во мне день за днем. Он слушает молча, не перебивая, только хмурясь и иногда поднимая глаза и внимательно смотря на меня, как будто хочет убедиться, прочитав эмоции на моем лице, что я говорю правду.
Когда я все полностью рассказываю, он произносит:
– Если бы я знал, зачем ты туда отправилась, я бы не отпустил тебя.
– Потому я тебе и не сказала, – заключаю я, вспоминая слова Макса по этому поводу.
Он смотрит в мои глаза долгим изучающим взглядом.
– Ты любишь его?
Киваю.
– Он переедет в Москву или ты в Питер?
– Нет. Никто никуда не переедет.
– И как ты себе представляешь ваши отношения? Он взрослый мужик, – уставившись на меня, спрашивает Миша.
– Мы будем встречаться по выходным, – поясняю я, пытаясь избегать его взгляда.
Усмехается.
– Не думаю, что вас надолго хватит.
– Ты просто ревнуешь! – возмущаюсь я и вылетаю из комнаты. Я не хочу верить в это.
Макс приезжает домой и присылает мне сообщение в Телегу. Мы делимся друг с другом своими новостями, и все. Мы еще только привыкаем к нашим новым отношениям и немного злимся на обстоятельства и на наше нежелание уступать друг другу.
Потихоньку наступает вечер и окутывает комнату темнотой. В первый вечер без Максима мне очень грустно и одиноко, плюс еще из головы не выходят слова бабушки и Миши, что наши отношения обречены. Упрямо твержу себе, что людей соединяет не совместное проживание и не секс, людей соединяет любовь, которая связывает их души невидимой нитью, даже если они на расстоянии…
Подхожу к окну и смотрю на светящийся шар луны, зависший в небе, и, вспомнив его слова, сказанные мне в наш последний вечер на Патриаршем мосту, думаю о том, что, может быть, Максим там, в Санкт-Петербурге, смотря на эту же луну, думает обо мне. Проникаюсь этим, и мне кажется, что он стал чуть-чуть ближе ко мне, и думаю, что кто бы что ни говорил мне, это наша история, и она будет зависеть только от нас! И пусть даже мы будем единственной парой на свете, но мы обязательно сохраним свою любовь даже на расстоянии, чтобы когда-нибудь соединиться и прожить всю жизнь вместе…
Глава 5.1
Пролетели две недели, как я живу в Москве, а Макс – в Санкт-Петербурге. Мы живем в семистах километрах друг от друга – от звонка до звонка, от эсэмэс до эсэмэс. Хотя, конечно, говорить «пролетели» – это неправильно, скорее, наконец закончились, и я с нетерпением ожидаю, когда снова встречусь с ним.
Встав сегодня в невероятную для меня рань, я стою у зеркала и пытаюсь выбрать, в чем поехать его встречать. Удобнее всего натянуть джинсы, но он всегда говорил, что мне так идут платья, и я мучаюсь над выбором: вырядиться и замерзнуть, или одеться, но не произвести впечатление. Остановившись на первом варианте, я влезаю в платье и начинаю наносить макияж.
Последнее время я пользовалась косметикой только перед тем, как выйти на связь с ним по видеозвонку, в остальное время не утруждала себя этим занятием, да и из одежды я носила исключительно джинсы, меняя только футболки и джемперы. Жизнь в Москве без Макса не имела для меня привлекательности: институт – дом – институт – все, что происходило в ней.
Закончив со сборами, смотрю на часы – нужно немедленно выходить, чтобы спокойно приехать минут за пять до прибытия поезда.
Закрыв за собой дверь, лезу в сумочку за ключами и… не нахожу их. Еще раз пересматриваю ее содержимое – и не вижу их. Возвращаюсь в квартиру, ищу на тумбе, в ящике, но нигде их нет.
Вытащив телефон, набираю бабушку.
– Ты где? – без церемоний уточняю я.
– В магазине.
– Где мои ключи?
– Это ты у меня спрашиваешь? – чересчур эмоционально возмущается она, подогревая мои сомнения.
– Да, бабушка! Потому что вчера они были в моей сумке!
Она молчит, а потом выдает:
– Ну и хорошо, если ты не поедешь его встречать! Я уже говорила – он не подходит тебе!
– Бабушка! – воплю я. – Как ты могла?
– Ника, успокойся!
– Когда ты придешь? – с надеждой на самое простое разрешение внезапно возникшей проблемы спрашиваю я.
– Не раньше, чем через полчаса.
Разъединяюсь и расстроенно смотрю на экран телефона. Полчаса – это бесконечно много. Точно не вариант. Я уже и так опаздываю. Вздыхаю.
Хожу взад-вперед по коридору, а в голове крутится только один вопрос: что мне делать? Замок не захлопывается. Не оставлять же квартиру открытой!
В отчаянии ругаю бабушку за то, как она решила поступить со мной. Это за гранью моего понимания.
«Неужели она надеется, что если я опоздаю или даже не встречу Максима на вокзале, то это как-то изменит наши отношения?» – спрашиваю себя и не нахожу ответа.
Продолжаю заставлять работать мозг на всю катушку. Я всегда считала, что нет безнадежных ситуаций. Неожиданно – о, бинго! спасительная идея приходит в мою голову.
Вылетаю из двери и нажимаю на звонок соседней квартиры, веря, что утром в субботу Миша должен быть дома. Он открывает дверь и смотрит на меня сонными глазами.
– Ника?
Хватаю его за руку и тяну через лестничную площадку в свою квартиру, не обращая внимания на его ошарашенный взгляд.
– Побудь у нас! Пожалуйста! Полчаса, – тараторю я и, не дожидаясь от него никакого ответа, вылетаю из квартиры, захлопнув перед его застывшим в недоумении лицом дверь.
«Стоило ли мне пол-утра стоять у зеркала, чтобы прибежать на вокзал растрепанной, вспотевшей и с поплывшим макияжем? – расстроенно спрашиваю себя, успокаиваясь только тем, что успела к прибытию поезда и самозабвенно несусь к заветному первому вагону.
С нетерпением пытаюсь найти глазами Максима, и как только отыскиваю в толпе его серый взгляд, то забываю обо всем и с улыбкой до ушей бросаюсь к нему сквозь бурлящую реку людей.
Он обхватывает меня за талию и кружит. Какое же это счастье! Как остро его ощущаешь после стольких дней разлуки.
– Макс… – шепчу я его имя, чувствуя головокружение не только оттого, что он раскрутил меня, но и от чувств, что бурлят в моей крови.
МММ ставит меня на землю и, взяв мое лицо в руки, ласково произносит:
– Как же я соскучился по тебе.
Как же приятно это слышать! Расцветаю от его слов, тону в его взгляде и мечтаю, чтобы время остановилось. Я заслужила это.