Лиля ошарашено наблюдала, как Джамид достает из сундука медовые соты и жадно высасывает из них мед. «Голодный, конечно! Шутка ли - тысячу лет просидеть в лампе».
Словно угадав ее мысли, джинн повернул голову и почти вежливо предложил.
— Хочешь?
— Спасибо, я сыта, - поспешно соврала Лиля.
— Тогда подай кувшин, меня мучит жажда.
— Какой кувшин? - неожиданная просьба застала Лилю врасплох.
— Вон тот… прямо за ларцом из черного дерева. До чего же непонятливы эти смертные! Возьму сам.
Ни говоря больше не слова, Джамид протянул руку и ловко поймал сосуд, прилетевший в его сторону прямо из груды драгоценных предметов.
— Ай, подождите! - попыталась остановить Лиля. - Вы уверены, что внутри…
Не дослушав ее, джинн в несколько глотков осушил содержимое кувшина и вытер губы с недовольным лицом. Лишь ярко-голубые глаза влажно блеснули.
— Увы, ничто не вечно на земле. Даже молоко богини прокисло.
Лиля в смятении подбежала к нему, попыталась выхватить сосуд из рук.
— Что вы натворили?! Это было мое молоко…
— Разве ты Иштар? - насмешливо перебил джинн. - На вид аппетитная медовая булочка. Носик орешком, губки - розовые лепестки в сахаре, грудь - подушечкой, а живот - м-м… словно белый атлас.
Его наглый вид и развязное поведение придали сил. На пару минут Лиля забыла про вежливость в нестандартной ситуации.
— Хватит паясничать! Я тебя освободила из лампы, значит, ты обязан исполнять все мои желания. Ну, хотя бы пару-тройку желаний гарантированно… Так вот, я прошу немедленно вернуть меня домой - в мое время, в мой город. И все эти драгоценности в качестве компенсации моральных затрат тоже в придачу. И не смей меня булочкой называть!
Джинн удивленно приподнял темные брови, задумчиво прищелкнул языком, потом смерил Лилю серьезным взглядом.
— Маленькое, капризное существо! Я, в самом деле, должен исполнить несколько твоих прихотей. Хочешь дворец с сотнями верных слуг и рабов?
— Я хочу домой, ты не слышишь?
— Или стать возлюбленной падишаха… - перечислял джинн.
— Ой, боже мой, - всплеснула руками Лиля. - Ты совсем не умеешь слушать? Я прошу отправить меня домой. Это мне Гассан обещал. Он, кстати, ждет наверху, когда принесу кувшин. А ты выпил все молоко. Значит, вдвойне обязан помочь.
— Успокойся, прелестная дева! - миролюбиво кивнул джинн. - Расскажи по порядку, как ты оказалась в темнице Сулеймана и кому обещала принести молоко Иштар.
Лиля начала говорить, но делала долгие паузы, глядя, как джинн полирует ладонью крышку сундука изнутри, пока не заблестела зеркальная поверхность. А в ней отразился костер и сгорбившаяся фигурка знакомого старика. Он раскачивался из стороны в сторону, то ли шептал заклинания, то ли пытался согреться.
— Я давно знаю Гассана ибн Хуршада али Аль- Манзора, - с оттенком веселой иронии сообщил джинн. - Он старый колдун и большой пройдоха. Служил двум султанам и одному калифу. Всех пережил.
— Меня мало интересуют детали его биографии. Я хочу попасть домой, - угрюмо напомнила Лиля, стараясь не смотреть прямо в ярко-голубые очи Джамида.
А тот откровенно рассматривал ее с головы до пят и вдруг открыто признался:
— Прости, маленькая госпожа, но не в моих силах отправить тебя назад. Я не имею власти над временем и не знаю пути в твой мир. Пожелай, чтобы я разрушил город и построил дворец. Пожелай сотню прекрасных умелых юношей, дабы усладить взыскательный взор и слух…
— Здрасте, приехали! - раздраженно выпалила Лиля. - Молоко ты выпил, а как исполнить мое желание сразу в кусты. Какой ты после этого джинн? Что ты можешь вообще?
После этих справедливых слов Джамид облизнул пальцы, испачканные в меду, и поднявшись во весь рост грозно заявил:
— Да будет тебе известно, кичливая дева, я самый могущественный джинн из стражи Сулеймана и сотни презренных ифритов дрожали от моего имени.
— А за что тебя в лампу посадили? - бесцеремонно спросила Лиля, начиная терять терпение от пустых разговоров.
Из ноздрей Джамида тонкими струйками пошел сизый дым, а ярко-голубые глаза потемнели.