— Обязательно, мой дорогой — подарила ему нежный поцелуй и меня тут же прижали к другому, более горячему телу. Мир целовал более страстно, видимо ещё не отошёл. Когда же очередь дошла до Дариэла, он подхватил меня на руки и сёл в кресло, зарывшись носом в мои волосы и глубоко дыша и только после этого поцеловал. Я отвечала, стараясь передать по связи всю свою любовь, как бы говоря "ты — мой, а я твоя и ничто этого не изменит".
"Спасибо" — пришёл ответ. Не словами, но ощущениями.
— Любимые, как насчёт прогулки? Может по ужинаем в той чудесной беседке? — я довольной кошкой потянулась до хруста. Тора на время ушла в себя и почти всё время спала. Она критические дни переносила хуже, её всё раздражало, особенно запахи.
— С удовольствием, милая, ты иди, переоденься, мы будем ждать в гостиной.
Подарив каждому по ещё одному поцелую, я упорхнула к себе, выбирать наряд. Хотелось выглядеть красивой и нежной. В конце концов выбор пал на милый сарафан на тонких лямках. Подкладка имела насыщены сиреневый цвет, а сверху полупрозрачная ткань, вышитая ромашками. Волосы распустила и заплела две тонкие косички по бокам, чтобы не мешали. На ноги — сандалии на тонкой подошве, но со шнуровкой до колен, получилось очень мило и воздушно.
В гостиной меня ждали Дар и Мир и как-то подозрительно улыбались.
— Чудесно выглядишь, любимая! — Дар.
— Полностью согласен! — Мир.
— Что происходит? — я подозрительно сощурилась, переводя взгляд с одного на другого.
— Ты о чем, милая, всё в полном порядке, мы ждём тебя, как и договаривались. Дар предложил мне руку и мы вышли в сад.
После дневного зноя, вечер принёс долгожданную свежесть. Цветы плавно закрывали бутоны и прятались в траве, тени деревьев создавали на земле фантастические узоры. Сэм ждал нас возле беседки, которая была накрыта полупрозрачной тканью, на подобии шатра, внутри было очень уютно, благодаря большому количеству подушек. Под потолком летали маленькие магические огоньки, кружась только в им известном танце — очень красиво. Теперь насекомые нам не страшны и можно спокойно любоваться природой.
— Милая, я уже давно планировал провести вечер с тобой в этом месте, но в прошлый раз мы до сюда...хм не дошли, но я очень рад, что сегодня мы будем здесь все вместе. Прошу, проходите, уже всё готово.
На столе стояла тарелка с фруктами, графин с соком, блюдо с маленькими пирожками и приборы. По центру стола я заметила большую круглую кастрюлю. Стоило открыть крышку и воздухе разлился чудесный аромат жареного мяса.
Утолив голод, я сидела на коленях у Сэма и любовалась тем, как на гладкой поверхности озера появлялись багряные разводы заходящего солнца и по мере остывания, над поверхностью воды поднимался пар. Пару раз мне даже показалось, будто в его глубине загораются и гаснут таинственные голубые огни.
Как только последние лучи солнца скрылись за горизонтом, на небе зажглись звёзды, озаряя своим сиянием землю. Ещё в первую ночь моего пребывания в этом мире я заметила различия, но не вдавалась в детали. Каково же было моё удивление, когда я отчётливо увидела на небе созвездие Ориона, только меньшего размера и расположенное зеркально. Спустя время, мне удалось найти ещё парочку известных мне звёздных скоплений. Приобретённое драконье зрение позволяло видеть на много дальше и лучше, вот почему я не заметила их в первый раз. Это открытие грело мою душу, оказывается, я ближе к Земле, чем думала, пусть и на другом конце галактики. Конечно же, я рассказала об этом мужьям и даже немного поплакала, не заметив, как уснула.
43. Бал
Ночью мне снилось озеро и странные голоса, зовущие меня искупаться. Но стоило подойти к воде, как меня сковывал животный ужас и нога сама делала шаг назад. Я пыталась снова и снова, но мои попытки были тщетны. Неожиданно из воды показались страшные руки-щупальца, их было много, они хватали меня за ноги и платье и пытались утащить в воду, я снова видела огни на дне. Когда сил бороться не осталось, я закричала.
— Тори... Милая, проснись! — кто-то кричит, чувствую, как трясут за плечи и я, наконец, просыпаюсь. Горло саднит, во рту пересохло, а сердце колотится как ненормальное. В воздухе отчётливо ощущаю запах крови и гари.
— Воды — просипела я, к губам тут-же подносят стакан с желанной влагой. Утолив жажду, просыпаюсь окончательно, протираю глаза и осматриваюсь:
В комнате, по-моему, собрался весь дом, однако увидев, что я проснулась и со мной всё хорошо, Отто выпроводил всех, кроме моих мужей, за дверь. Провёл диагностику моего тела, сказал, что всё в порядке и вышел.
— Что со мной было? Кто кричал? — я смотрела на мужей. А они сидят на моей кровати, бледные, под глазами тени и такая боль в глазах, что дышать невозможно.
— Ты стала ворочаться во сне — сказал Дар, прижимая меня к себе, сегодня он спал со мной.
— Я пытался разбудить, но не смог, а затем ты закричала, началась неконтролируемая трансформация. Я осмотрелась и только сейчас заметила, что вся кровать разодрана в клочья, вместо штор — обуглившиеся куски ткани, стены и потолок покрыты подпалинами.
— О Боже...это всё я сделала? Я не специально, это всё сон...
— Расскажи нам, пожалуйста — Мир и Сэм сели рядом, заглядывая мне в глаза.
— Да, конечно — я пересказала то, что видела. Мир выглядит сильно озадаченным, а вот Сэм внезапно подскочил и куда-то умчался, крикнув уже из коридора "Оду минуту!".
— Эээ... — это всё, на что меня хватило. Так мы и сидели, глядя на дверь, пытаясь понять, что это сейчас было. Не прошло и пяти минут, как Сэм влетел обратно с книгой в руках.
Это был небольшой томик детских легенд и сказок. Мы молча переводили взгляд с книжки на запыхавшегося эльфа и обратно. Мой мозг даже не пытался выстроить хоть какие нибудь логические цепочки и связи.
— Ты решил почитать мне на ночь? — выпалила я, как только оцепенение спало.
— Одну минуту — Сэм принялся листать страницы — этот твой сон, я уже где-то слышал про такое, вот! Найдя нужную страницу, он показал мне изображение.
Гуманоидное существо с жутким рядом острых зубов, огромными чёрными глазами и чешуёй. Длинное тело и пара длинных отростков-рук.
— Что это такое? — глаза выхватывали в тексте отдельные слова, которые никак не хотели складываться в предложения.
— Это "ньёки", злой дух, обитающий в водоёмах, он...
— Это детская страшилка, выдумка — перебил брата Мир.
— А что, если нет? Посуди сам, Виктория эту книгу точно не читала, да и сон был слишком реальным, мы все это видели.
Мир задумался, а Сэм продолжил: "Так вот, ньёки — дух, а дух, это энергия, в нашем случае — тёмная, злая. Все ньёки — бывшие русалки, а русалки — души утопленниц, невинных дев. Русалки добрые до тех пор, пока живёт тот, кто поддерживает свет их души, например родители, сестры или братья. Когда же на свете не остаётся никого, кто их помнит, русалки теряют вкус к жизни, их души темнеют и они превращаются в Ньёки. В отличие от русалок, они не имеют физической оболочки, не могут говорить, есть и пить, как живые. Ньёки питаются страхом, а потому, чтобы выжить, им приходится вторгаться во сны. Они пугают жертву до тех пор, пока не убьют.
С каждым словом Сэма, я становилась всё злее.
— Но почему я? Я же не делала им ничего плохого, в озере не купалась, камни туда не бросала! — к злости присоединился страх.
— Тут всё просто, тьма тянется к свету, а в тебе его очень много.
Последнюю фразу, Сэм сказал шёпотом, откладывая книгу и беря мою руку в свои.
— Родная, мы не знаем наверняка, правда ли это, а даже если правда, я лично высушу это озеро и засыплю песком — Мир был настроен решительно.
— Не переживай, любовь моя, мы не позволим, чтобы с тобой что-то случилось — Дар ласково гладил меня по плечу и целовал в макушку. И я поверила, просто не могла не поверить. На душе сразу стало легче, будто железные тиски разжались.
Остаток ночи мы провели всё вместе, так было спокойнее и я быстро уснула. Проспала я чуть ли не до обеда и спала бы дальше, если бы не мои любимые, разбудившие меня поцелуями.