— Ты уже был в Париже? — я даже немного расстроилась.
— Да, но я никогда не посещал Эйфелеву башню, потому что ее я хотел увидеть с моей любимой. — Очень милый ответ, но…
Тяжёлые портьеры с замысловатым декором, добротная мебель, картины в громоздких золотых рамах с классическими сюжетами. Если честно, сначала я чувствовала себя очень некомфортно в такой неимоверной роскоши. Мне казалось, что даже портье одет лучше, чем я.
Наш номер состояла из двух комнат. Входя, ты попадал в гостиную, где на стеклянном столике с золотыми ножками стояли восхитительные букеты, декор окна напоминал Театральные кулисы. Но вид был поистине феноменальным. Распахнув шторы, я увидела Эйфелеву башню, которая была настолько близко, что я не могла поверить своим глазам. Небольшой балкон, на котором можно было лишь постоять и насладиться видом ни сколько меня не смущал, потому что расположение отеля и вид из окна компенсировал любые недостатки. В гостиной также находился большой диван и несколько кресел, круглый стол с изящными стульями вокруг, а также роскошные люстры с хрустальными подвесами.
Большие раздвижные двери вели в такую же роскошную спальню, где находилась огромная кровать "кингсайз". Большие подушки с красивыми вышитыми вензелями, которые представляли собой герб скрещённых букв Си и Джи и Латинской буквы В. Словно логотип Шанель, а внизу перевернутая треугольная подставка. Мы сразу оценили по достоинству зеркальную стену, и недолго думая, выпроводив нашего провожатого, решили измять покрывало, и я опорочить такой безупречный интерьер.
Что в этом номере, наверное, совершенно не произвело на меня впечатление так это ванна. Да, столешница из голубого камня эффектно выделялась на фоне всего классического и бежевого, но в целом помещение было небольшое и, наверное, не хватало в нём того шика, который требовался. Конечно, этой большой столешницей с раковинами мы воспользовались не по назначению ни один раз. Высота её была идеальной. Если понимаете, о чем я.
В первый день прогулки, у нас не было чёткого плана действия, мы просто вышли и гуляли. Поворачивали на какие-то маленькие улочки, находили небольшие кафе, где были маленькие столики на улице. Мы просто наслаждались этим городом, но туристов была очень много. Много было и нюансов, которые могли испортить поездку, но настроение, в котором я пребывала было сказочное. А главное то, с кем я была в Париже. Каждая маленькая девочка мечтает оказаться в Париже со своим возлюбленным, и моя мечта сбылась. Поэтому меня радовало абсолютно всё! Мы пили вкусный кофе, ели аппетитные десерты, пробовали разные сыры, от которых Серёжа кривился. Гастрономический экстаз — второе имя Парижа.
Позже мы случайно наткнули на какой-то магазинчик я естественно приобрели два берета и две тельняшки во французском стиле, тут же переоделись. Теперь абсолютно готовые к встрече с Эйфелевой башней вызвали такси. Мы приехали к Эйфелевой башне, когда уже темнело и её подсветка, которая признана достоянием Франции уже горела и освещало все вокруг, масса людей делали фотографии. Мы тоже пару раз сделали селфи и даже попросили кого-то нас сфотографировать. Но в основном мы просто наслаждались моментом, мы были здесь и сейчас. я не помню моментов в своей жизни, когда я была бы так счастлива. Абсолютное, совершенное осознание своего неимоверного счастья.
Следующие 2 дня мы посвятили музею Дали и Лувру. Дальше отправились на осмотр других главных символов Парижа. Елисейские поля, люксембургский сад, Собор Парижской Богоматери, Монмартр. Естественно, Серёжа не смог удержаться от посещения торгового центра галереи Лафаэт, где купил мне красивейшее вечернее платье и туфли. Оказывается, на последней день в Париже он запланировал поход в опера Garnier *.
Это один из самых известных и масштабных театров оперы и балета в мире. Я не знаю, как дорого стоили билеты туда и как долго он искал их, но однозначно то впечатление, которое на меня произвёл этот театр было поистине феноменальным. Роскошное, помпезное убранство как внешнее, так и внутреннее поражало. Но в отличие от нашего отеля, там это было настолько уместно. Это, наоборот, создавало правильную атмосферу для прекрасной оперы «Тоска», которую пели на итальянском. Я лишь однажды слышала «Тоску» в оперном театре. Тоже на итальянском. Но тут меня сразило наповал. Хорошо, что был антракт, где я смогла немножко перевести дыхание. Мы пили шампанское, которое щекотало нос и хихикали как подростки, которые попали на взрослый праздник. А Серёжа опять выделялся своей огромной фигурой на фоне других зрителей. Вокруг нас в основном были французы, судя по речи, пожилые французы. Большинство из них было ниже меня ростом, что уж говорить о Серёже. А ещё как он был красив и молод. Я видела, как он был влюблён в меня. От этого всего совершенства, от всей той сказки, что была вокруг, мне хотелось себя ущипнуть. Но в то же время если это был сон, я бы не хотела просыпаться.