От всей этой информации у меня закружилась голова. Я толком ничего не поняла, кроме того, что в нашей школе пять ёкаев. И популярный среди них — Мицунари. Больше информации моя голова не хотела принимать.
— Думаю, мне стоит проведать его, — подытожил Мицунари.
Он вышел из медкабинета. Отойдя от поучительной лекции ёкая, я последовала за ним.
— Мицунари! Постой! — окликнула я его.
Мицунари уже успел переодеться в тёмно-фиолетовое кимоно. Он посмотрел на меня, помахивая хвостом.
— Что случилась? — вполне спокойно спросил он.
— Знаю, что не подходящее время, но всё-таки… — я на миг замолкла. — Ты примешь моё предложения? — мой голос дрогнул на последнем слове.
Мицунари в задумчивости накрутил на палец прядь волос, смотря на меня. Затем положил руку мне на голову и погладил.
— Хорошо, — согласился он. — Хотя бы узнаю, что такое эта «любовь».
Убрав руку, он побежал на второй этаж. Я стоял в ступоре возле медкабинета.
Так просто?! Он так просто согласился?! Серьёзно?! Странный он какой-то… Может, от Йоко-сан заразился. Ведь ещё до всего этого, она вела себя странно. Или Йоко-сан от Мицунари заразилась? Лучше не стоит нагружать вновь голову. Я мотнула головой, таким образом отряхивая мысли, потом побежала следом за ёкаем. Кабинет рисование значит? Хорошо. Хотя бы увижу ещё одного ёкая. Надеюсь, что Мицунари не будет против. Вряд ли, наверное. Я и так втянуто во всё мистическое в нашей школе, так что Мицунари просто обязана мне поведать о каждом ёкае, даже познакомить.
Я влетела в кабинет рисование. Мицунари уже был там. Он обернулся, стоя возле недорисованной картины, и посмотрел на меня.
— Что такое? Хочешь со мной? — спросил ёкай.
Я кивнула. Я серьёзно была настроена помогать Мицунари во всю, не смотря на риск. Он тяжело вздохнул, потерев переносицу.
— Ладно, но если что-нибудь случится с тобой, я не виноват.
Сказал, как убил. Меня удивил его ответ, но не сломал мой настрой. Я вошла в кабинет и приступила к поискам.
— А кого мы ищем? — спросила я, опомнившись, что не знаю чего или кого мы ищем.
— Того самого творческого ёкая, — ответил Мицунари. — Он выглядит как обычный подросток, чуть младше тебя. В одежде западного стиля. Короткие светлые волосы и милое личико. — Мицунари вошёл в каморку, где были художественные принадлежности, — Ага! Нашёл!
Ёкай вышел в центр кабинета, держа на руках юнца лет 13-14. Мальчик весь дрожал, пряча лицо в груди Мицунари, и тихо всхлипывал. Мицунари гладил его по голове и успокаивал. Сел на первый попавшийся табурет, всё ещё успокаивая мальчонку. Я встала рядом и стала рассматривать потеряшку.
Как и говорил Мицунари, короткие светлые волосы и одежда западного стиля, примерно конца 19-го века. Походила на школьную форма какой-нибудь английской школы. Невероятно тонкие пальцы, и ноги стройные. Да и в общем мальчик походил на какого-нибудь акробата или фигуриста по телосложению. Милое и смазливое личико, показавшиеся на миг и вновь прижатая к груди Мицунари.
— Всё хорошо, никого плохого тут нет, — успокаивал Мицунари.
Мальчик неуверенно посмотрел на меня. С его глаз рекой телки слёзы. Парень понял, что маленький ёкай побаивается меня.
— Не беспокойся, этот человек не выдаст нас, — Мицунари пристально смотрел на меня.
— Д-да, — хотела твёрдо ответить, но не вышло.
Мальчика слегка успокоился, достроившись, что я хорошая. Мицунари продолжил успокаивать маленького ёкая, а я немного осмотрела кабинет рисования. Всевозможные картины великих картин, а также картины учеников, висели на стенах вперемешку. Некоторые принадлежности для рисования лежали на полу или на подоконнике. Взглядом я зацепила одну картину, где был изображён мальчик, тот самый мальчик, которого Мицунари держал на руках. Я подошла поближе и присмотрелась.
«Габриэль» — гласила небольшая табличка возле картины.
— Вот тебе и ответ, — проговорил Мицунари, посмотрев на меня, — Его зовут Габриель. Эта картина нарисовано давно одним художником, заказанным отцом Габриеля, вроде настоящая, прямо из Англии.
— Так оно и есть, — подтвердила я. — Наш директор обожает картины. У него дома целая галерея. Некоторые картины, висящие здесь на стенах, из его коллекции. — Я посмотрела на мальчика. — А что с ним случилась? Умер?
— Меня-я убил-и-и, — слабо заговорил Габриель. — Слуги убили. Отец плохо с ними обращался, вот решили отомстить. Сперва меня, а потом отца.
— Оу… Прости, что заставила вспомнить.
— Ничего, всё хорошо. — мальчик слабо улыбнулся.