— Идем. Расскажешь.
Мы уединились в бытовке для персонала. Я включил электрический чайник и насыпал по кружкам растворимый кофе.
От удобных привычек трудно избавиться. Вроде и деньги есть на дорогой кофе, и вкус на профессионально сваренный, даже бармена переманили с лучшей кофейни в центре города… Но как привык экономить время в счет собственных удовольствий, так оно и осталось.
— Не знаю, с чего начать, — вдруг замялся Саня, пряча от меня взгляд.
— Рассказывай все, что знаешь. С самого начала, — посоветовал я, присаживаясь напротив него через стол.
— В общем, Вера была кандидатом в мастера спорта по конкуру. Соревнования, выходы, призы. Мы не слышали о ней, потому что со спортом она завязала года три назад.
Я кивнул, принимая к сведению новую информацию. По ней видно, что она не просто занимается со знанием дела, но еще подходит ответственно к дрессуре жеребца. Он сильный, капризный, конкур — это последнее, за что бы он взялся. Но под ее седлом готов был и не так гарцевать.
Чайник нагрелся и выключился. Я встал, повернулся к брату спиной и разлил кипяток по кружкам, размешивая кофе.
— Почему бросила? Травма?
Пока я размешивал, брат молчал.
— Можно сказать и так… Но это не от спорта.
Я взял горячие кружки. Себе и брату.
— К ней пристал маньяк. Выслеживал ее года два или три…
Я развернулся, шокированный продолжением.
— А потом похитил ее и изнасиловал.
Кружки с кипятком выскользнули из моих пальцев. Упали в ноги и разлетелись на мелкие осколки. Руки дрожали. А я больше ничего не видел перед собой и не слышал брата…
То есть, как изнасиловал? Ее похитил маньяк? Куда смотрели тренеры? А родители? Кто позволил маньяку пальцем ее коснуться!
— …Два дня поисков безуспешно…
— Нет! — проревел я, понимая, что одним разом изуверство не закончилось! Над моей девочкой измывались часами, днями!!!
— Потом вычислили, прижали… Но и тогда он пытался бежать и бросил ее в лесу, — безжалостно продолжал брат рассказывать мне жуткую правду.
— Перестань… Прекрати, — борясь с удушьем, шептал я, падая на стул и хватаясь за голову. — Найду — разорву выродка!
— Его схватили. Был суд. Он мотает срок. Только ей это не помогло. Карьера закончилась. Травмы остались. А психические до сих пор держат ее в тисках.
— Нет, — снова повторил я. — Только не с ней.
Саня промолчал. Всю трагедию молодой девчонки он осознать не мог. И слава богу! А вот мне этого было мало. Сегодня же ночью перекопаю все по ее делу, и найду все подробности. Кто, когда, куда посадили.
Этот выродок не должен жить. Не после того, что сделал с Верой.
Глава 5. Возвращение
Она
Поиск новой конюшни я начала уже на следующий день. Сначала объездила все клубы и арены в пределах города и на окраине. На следующей неделе взялась обзванивать и изучать удаленные, в прилегающих к городу районах.
Меня ждало только запустение, убитые конюшни, неухоженные лошади и слишком завышенная цена при таких условиях.
Я понимала, что лучше конного клуба, где работали Саша и Андрей, я просто не найду…
Но готова ли я бросать их?
Еще неделя мне понадобилась, чтобы помучиться самой, помучить психолога и достать Тоню, которая рвалась в клуб, но без меня стеснялась. Не было у нее официальной причины навестить Сашу, а очень хотелось.
Только спустя три недели, я плюнула на свои страхи и поехала навестить Апокалипсиса, захватив ему угощения за долгое отсутствие. Поехала уже к концу прогулочных часов. Очень не хотела никого застать. Заниматься сегодня я бы не стала, мой абонемент закончился.
Встретил меня у клуба Саша.
Я открыто улыбалась, понимая, что очень соскучилась и не только по жеребцу.
— Угостить тебя морковкой? — смеясь предложила я, доставая пакет с угощением.
Сашка тоже ответил смехом, но тут же стих и признался:
— Почему не приходили? Я вас ждал. И не один. Болели?
Я покачала головой, останавливаясь на границе между помещениями для посетителей и закрытыми для персонала. Но Саша кивнул, приглашая следовать за собой внутрь, в святая святых.
— Кто еще меня ждал?
— Апокалипсис! Мы же его никому больше не выводим. Он ждал тебя каждый день. Выпустишь в загон, а он высматривает тебя. Подходит к самому заграждению, стоит и ждет.
У меня от тоски навернулись слезы. Ну, как я могла настолько наплевать на чувства коня. Сама же его приручила и кинула. Из-за чего? Из-за собственных призрачных страхов!
Саша довел меня до отдельного крыла конюшни, и я встретилась с глазами Апокалипсиса. Жеребец тихо заржал. Он ждал. Он соскучился. Он не верил, что я его бросила.