Я вернулась в конюшню, быстро оседлала удивившегося Апокалипсиса, и отвела его в соседний загон, где все это время мы простояли не шелохнувшись, наблюдая за кобылой и наездником. Ну, и немного ржали, подбадривая их.
Ужасно непрофессионально, я знала, но это отвело меня от очередного приступа страха и депрессии!
Теперь мы с Апокалипсисом на двоих мечтали о недостижимом.
Абонемент я продлила и даже не испытывала чувство вины, когда высматривала Андрея повсюду.
Саша неожиданно проболтался, что брата долго не было в клубе, он ездил как раз за этой кобылой. Тогда стало понятно такое удачное вложение. Красавица станет истинной жемчужиной клуба! В этом я не сомневалась.
Но почему сейчас Андрея не было видно? Снова уехал?
Саша опять подсказал, что идет плотная заготовка кормов и подстилки на зиму. Что брат нанял дополнительных работников со стороны и теперь вынужден следить за ними, чтобы не натворили чего ни коням, ни посетителям.
Я успокоилась, но не могла себя одернуть, поглядывая по сторонам, в надежде хотя бы увидеть его.
Через две недели помощь при клубе уже стала обыденной. Никого не смущало, что я приезжаю каждый день, захожу во внутренние помещения для персонала, сама вывожу себе жеребца, обедаю в столовой. Иногда еще и ужинаю там.
Наверное, поэтому предложение Саши сходить в их местный кинозал не вызвало удивления. Разве что у Тони. Она присвистнула и переспросила:
— У вас в клубе еще и кинозал есть? Свой?! Вот ты зажиточный буржуй!
Все свелось к шутке, но я почему-то не удивилась. Сегодня была суббота, клуб переполнен, посетителей много и ажиотаж вокруг корпоративов и новогодних праздников большой. Многие бронировали кафе и программы для корпоративов.
Так почему бы здесь не организовать небольшой кинозал, чтобы покрыть все потребности для развлечения публики?
Мы как раз зашли в столовую, чтобы перекусить, но свободных мест не оказалось. В столовой было столько персонала, что все столы оказались заняты.
Саша приуныл.
— Скорее бы эти заготовки закончились, — проворчал он, разворачивая Тоню и меня к выходу. — Здесь поесть не удастся. Идем, накормлю вас бутерами, а потом сразу в кино.
Мы с подругой не сопротивлялись.
Какими-то неизвестными мне лазами-дорогами, мы отошли от общественных построек подальше, прошли через внутренний гараж, где стояли четыре разнотипных автомобиля и мотоцикл. Снова два длинных перехода, и Саша уверенно открыл дверь в приличный коттедж.
Я немного растерялась, рассматривая двухэтажное, явно жилое, здание, но Саша уверенно втолкнул меня внутрь следом за Тоней и закрыл дверь.
Мы очутились в теплой кухне. Большой, просторной, отделанной камнем, с большим столом посередине.
— Такие я видела только в журнале интерьеров, — выдала я, а Тоня хихикнула.
Не совсем понимая ее смешки и хитрые переглядки с Сашей, я разделась и передала свою меховую жилетку Саше. Пока он уходил с нашей верхней одеждой, я оглядывалась, рассматривая кухню. Тоня откуда-то достала тапочки, обычные, отельные, и заставила переобуться.
Но даже тогда в моей голове не засигналила красная лампочка!
Саша занялся бутербродами, Тоня что-то доставала из холодильника и подвинула мне большую миску фруктов с виноградом, яблоками, грушами.
— Перемой и просуши полотенцем, — распорядилась она, кивая на мойку.
Я кивнула и послушно пошла вносить свою лепту в общую работу.
Пока я мыла виноград, Саша с подносом бутеров и Тоня с разлитыми напитками по стаканам сообщили мне, что идут в кинозал.
— По коридору направо, там до лестницы и вниз, — крикнула Тоня. — Догоняй.
И я осталась одна, начиная медленно догадываться, что здесь не так…
В помещении было очень тепло. В общественных так не топили, учитывая, что работники ходят в верхней одежде, не снимая ее ни в конюшне, ни в подсобке, ни в столовой… И они никогда не разуваются, а здесь заставили надеть тапки.
Холодильник, плита, оборудование, интерьер — все очень стильное и дорогое. Про общие помещения я бы сказала — все очень качественное и крепкое, чтобы работало и не ломалось, чтобы мужики случайно ничего не свернули и не сломали.
Кофеварка и газовый шкаф духовки брендовые, какие мы себе дома заказать и поставить не могли.
Меня оставили одну, но ненадолго. За спиной хлопнула дверь, и я вздрогнула, резко разворачиваясь.