Я снова положила руку на грудь и чуть растерла, запрещая паниковать, успокаивая сердце, чтобы оно не прыгнуло в галоп, как сумасшедшее.
— Привет! — вдруг раздалось бодрое со стороны.
Я быстро развернулась, скорее напуганная, чем обрадованная неожиданным знакомым здесь.
Ведь специально искала закрытый клуб, чтобы не пересекаться со знакомыми. Пусть дороже, пусть за городом, лишь бы новый, но знакомый мир конюшен!
— П-привет, — выдавила я, выхватывая взглядом молодого парня, который как раз взрослился, потому что подошел к границе перехода из пацана в молодого парня.
Он подрабатывал здесь. Был кем-то вроде шпрехшталмейстера конного клуба. Всегда элегантно одет, но в удобную форму спортивного кроя. Именно он встречал посетителей и постоянных абонентов, он определял какие лошади в работе. И именно он вывел мне гнедого неделю назад “познакомиться”.
— Он не рабочий. Если отношения не наладятся, просто попроси сменить, и я приведу тебе другую лошадку.
Но когда я увидела жеребца, другого я уже не захотела!
Неделя с ним оказалась трудной. До гонок он лишь однажды позволил оседлать себя и неохотно прокатил по кругу, явно застоявшийся и требующий внимания. Я сразу показала жеребцу, кто в нашей паре будет ведущим. Аккуратно, без излишнего насилия, но твердой рукой.
Это для несведущих мы просто и бесцельно катались по загону, на самом деле я проверяла, закрепляла и отрабатывала с гнедым элементарные навыки управления поводьями и ногами.
Он слушался. Не идеально, но с пониманием, что от него хотят.
Я была безумно довольна конем, потому каждый раз благодарила парня, что он привел его мне. А вот имя так и не спросила. Ни парня, ни жеребца. Возможно сегодня стоило исправить оба этих косяка.
— Как ловко ты меня развел на гонку! — перешла я на легкий диалог после приветствия.
Парень улыбнулся, а я протянула руку и представилась:
— Вера. А тебя?
— Саша.
Мы пожали друг другу руки, он чуть задержал мои пальцы в своих. Я сразу же отдернула кисть и отступила, не показывая легкого испуга неситуативным сближением.
— Как себя чувствует жеребец? Кстати, какая у него кличка?
Саша рассмеялся, задорно, откинув голову назад.
— Ты только через неделю созрела на знакомство?
Я улыбнулась в ответ. Да, я как-то не склонна быстро сближаться и устранять дистанцию. Даже с конями.
— М-м-м, дай вспомнить… Что-то пугающее… Из сказки? Может Баба-Яга?
Теперь я рассмеялась открыто.
— Это же кличка для лошади, а он конь! — поправила я Сашу, который из кожи лез, чтобы мне понравиться.
А мог ли он мне понравится настолько? Как мужчина женщине?
Я присмотрелась, пока он “вспоминал” кличку гнедого, и вынесла ему положительный вердикт как другу. Он действительно симпатичный, чуть-чуть младше меня, а может мы вообще ровесники, открытый, дружелюбный… Вот! Я уже воспринимаю его как друга, а не как потенциального парня. И отношения у меня с ним могут быть только дружеские.
— Тогда Кощей Бессмертный… Да, Кощей. Но если хочешь, я приведу его для тебя и посмотрю, что написано на табличке в стойле.
— Хочу, — улыбнулась я и замялась, не зная, как попросить еще об одном одолжении. — Хотела захватить морковку, чтобы похвалить его за гонку, но так спешила сюда, что забыла. У тебя есть какой-нибудь подарок для жеребца?
Парень подмигнул и тут же сунул руку в карман, доставая оттуда несколько кусочков сахара.
— Только никому! Это запрещенный препарат в нашей конюшне!
Я подхватила сахар и подмигнула в ответ.
— Никому. Обещаю!
Саша ушел, а я снова подумала, что это чудесное место, где можно обустроиться и зависнуть надолго. Может и Тоньку мою сюда привести? Уверена, подруге здесь понравится!
Сейчас я прорабатывала свои страхи вместе с психологом. Кризис миновал, но вот войти в нормальные отношения я еще не могла. Социализация давалась, пусть и с трудом, но я с интересом общалась с теми, от кого не чувствовала угрозы.
— Анализируй каждого. Кто он, что значит для тебя сейчас и может значить в будущем. Как ты воспринимаешь его эмоциональный фон. И не бойся испытаний. Если тебе кажется человек сложным, не убегай, не рви сразу с ним общение. Попробуй выйти из разговора на позитивной ноте, а потом уходи. Справишься? — спрашивала меня психолог.