Николаус уперся лбом в мой лоб и посмотрел мне в глаза.
— У тебя слишком доброе сердце… Нельзя жалеть врагов, ведь они тебя не пощадят. В этом твоя слабость… — выдохнул он.
— Знаю, ты уже говорил. Вот только поступки определяют к кому отнести нас: к человеку или зверю… Если я воспользуюсь ситуацией и убью волков отваром, то чем я буду отличаться от оборотней? Ничем… Жестокость, месть, насилие… Это все присуще вам… Люди умеют прощать, сопереживать, сочувствовать, любить… Я не хочу быть такой, как вы. Уж лучше умереть… — проговорила на одном дыхании.
Николаус хмыкнул и отстранился от меня.
— Так устроен мир… Нельзя никому доверять… Надо заботится только о собственной шкуре, и не рисковать собой ради врага… Это глупо… В чем смысл? Ты спасешь воинов Маркуса, и эти мужчины когда-нибудь явятся в поселение, где живут твои родители и загрызут всех, кто тебе дорог. Не лучше ли убить врага сейчас, добить, пока мы слабые… — зловеще прорычал Ник.
Я удивленно заморгала. Ничего не понимала.
— Зачем ты мне все это говоришь? Я итак прекрасно все осознаю, — прошептала, с тоской посмотрев на оборотня. Ник обхватил пальцами мой подбородок и чуть склонился, обжигая своим дыханием.
— Ты мне очень нравишься. Я хочу, чтобы ты выжила. А для этого, тебе надо стать жестче, без сожаления уничтожать врагов. В этом мире останутся только сильные, а слабые умрут, — зловеще прорычал он и поддался вперед, чтобы поцеловать меня, но рядом с нами возник Маркус и оттолкнул Николауса в сторону.
— Не прикасайся к Авроре! В твоей крови яд змеи, что если заразишь знахарку?
Она нам нужна живой, — строго проговорил Маркус, бросив на Ника уничтожающий взгляд, а потом посмотрел на меня. — Отдохни, ты больше суток не спала.
Я не стала спорить, вышла из шатра и отправилась в избушку. Сначала приготовила обезболивающий отвар и отнесла раненым. Волчицы обещали напоить мужчин. Я вернулась в дом. У окна стояла небольшая кровать, я свернулась на ней клубочком, натянув шерстяное одеяло по шею, чтобы не замерзнуть. Прикрыла веки, уже проваливалась в сон, когда услышала шорох. Открыла глаза и часто заморгала.
— Спи. Я зашел камин разжечь, а то не хватало, чтобы ты тут околела, — спокойно проговорил Маркус. Меня поражала его забота.
— Почему ты мне помогаешь? Я же отвергла тебя, — удивилась, а он хмыкнул и закатил глаза.
— Никто не смог определить, чем отравили волков, а ты очень быстро во всем разобралась. Ты знаешь гораздо больше остальных, поэтому являешься для меня ценной и значимой, — заявил вожак, складывая поленья в камин.
Я натянуто улыбнулась, закрыла глаза и мгновенно провалилась в сон.
Когда проснулась день уже клонился к вечеру. Я запуталась во времени, потому что приходилось то бодрствовать ночью, то спать. Рядом с волками у меня не было стабильного сна. Потянулась, зевнула, а потом поднялась с места и подошла к стеллажу. Достала несколько книг и села в кресло. Закуталась в одеяло, чтобы согреться. Поленья прогорели и огонь в камине погас, разжигать заново было лень. Я внимательно изучала записи, оставленные знахарками. Они отмечали свои наблюдения. Как оказалось, сонное зелье на волков действовало, но эффект длился недолго. Прочла как влияла та или иная трава на оборотней и пыталась придумать зелье, которое бы помогло перебороть яд Тайпана. Дверь отворилась и на пороге появился Маркус.
— Ты голодна? — поинтересовался он, а я лишь кивнула, снова уткнувшись носом в записи. Вожак ушел, а через несколько минут принес мне корзинку с продуктами.
— Спасибо, — проговорила без эмоций, отломив кусок хлеба. Сверху положила жареное мясо и откусила.
Маркус прислонился к столу, скрестив руки на груди.
— Чем занимаешься? — поинтересовался он, наблюдая за мной.
— Кажется, я знаю, как исцелить твоих волков. Но боюсь, что этот метод тебе не понравится, — тяжело вздохнув, сказала я и захлопнула книгу.
— Ты действительно поможешь? Врагам? — удивился он, уставившись на меня так, словно впервые видел.
— А что, предыдущие знахарки вам не помогали? — вскинула я брови, совершенно запутавшись.
— Помогали… Когда я грозился убить их детей или любимых, когда давил на их страхи… С тобой сложнее… Я не смог найти твои слабости. Удивлен, что ты по доброй воле, без угроз, решила мне помочь… В чем подвох? — насторожился Маркус.
— Если получится, то я перестану быть твоей должницей. Будем считать, что я обменяла жизнь Эйнара на жизнь твоих воинов. Ты не убил волка, которого люблю, а я не позволю твоим бойцам умереть. Мне кажется, выгодная сделка, — заявила, внимательно посмотрев на Маркуса. Он задумчиво потер подбородок.