— Как уже говорил, все дело в его родителях. Ты среди волков уже давно, наверняка знаешь о традиции… Самки бросают вызов самцам… У тебя никогда не возникало вопроса, почему женщина выбирает себе пару, а не мужчина? Вожаки самые сильные, но порой остаются без волчиц, — начал Маркус, а я его перебила.
— Я про это не раз думала… Почему вожаки уступают волчиц тем, кто слабее?
Ведь сильный самец и самка подарили бы этому миру выносливых и крепких детей…
Так почему же возникла эта странная традиция? — нахмурилась я. Маркус забрал из моих рук стакан и отставил в сторону, я благодарна кивнула.
— Ты уже ответила на свой вопрос. Все верно… Еще в древности оборотни заметили, что от союза сильных пар на свет появляется крепкое потомство. У этих особей звериная сущность очень могущественна. Такие дети частично теряют разум, когда звериная сущность берет вверх над человеческой. Если Укушенные полностью лишены сознания, то Николаус воспринимает реальность как в бреду, не может контролировать своего зверя, идет на поводу инстинктов. Такие оборотни опасны, ведь могут в любой момент атаковать и загрызть кого-нибудь из своей стаи.
Николауса поэтому и обходят стороной все жители города. Они осознают, что он порвет на части всех, кто попадется ему на глаза, если не удержит своего зверя. Мои предки искали выход из этой ситуации. Ведь получалось, что сильные особи порождали на свет оборотней неспособных себя контролировать. Чтобы волк мог легко держать в узде обе ипостаси, нужно правильно подбирать родителей. Сильные волчицы вызывают на бой мужчин. Если женщины могут одолеть, значит такой союз принесет стае хорошее потомство. Если же не сможет победить волка, то волчице нельзя рожать от такого самца, иначе получится дитя, подобное Николаусу. Его мать проиграла бой, но вожак наплевал на правила и стал ее парой. Ник очень сильный, потому что рожден от лидеров, но минусом является то, что он теряет связь с разумом, когда им правит зверь. Таких волков среди нас много… Когда ими правит человеческая сущность, они очень отзывчивые, приветливые, дружелюбные, но их звериная половина не знает ни жалости, ни пощады, не разбирает где свой, а где враг, — ответил Маркус и снова прикоснулся к моему лбу.
— Почему Ник меня не убил? — поинтересовалась я, а вожак лишь пожал плечами.
— Понятия не имею. Впервые вижу, чтобы он оставил свою добычу и не убил. Я уже мысленно простился с тобой. Представляю, как огорчился бы Ник, узнав, что это он загрыз знахарку… Хорошо, что на какой-то момент к нему вернулся разум… — проговорил Маркус.
— Противоядие, которое я нашла, очень опасное… Если остальным волкам так же отключит разум… Надо приковать мужчин так, чтобы они точно не сбежали, — тяжело дыша, проговорила я. Испарина выступила на лбу. Меня тошнило и голова кружилась, перед глазами все плыло. Кровь замедлила бег, казалось, что по венам передвигалась какая-то тягучая масса.
— Не волнуйся, я уже приказал мужчинам подготовить надежные цепи. Мы прикуем волков в пещере в соседней горе и закроем каждый проход камнем. Даже если сорвутся, то не смогут выбраться. Освободим, когда к ним вернется разум, — заявил Маркус и поднял меня на руки. — Мне не нравится твое состояние. Тебе надо отдохнуть.
Вожак бережно переложил меня на кровать, осторожно убрал пряди волос с моего лица, провел подушечкой большого пальца по моим пересохшим губам. Я смотрела на Маркуса с безразличием. Сердце билось ровно…
— Ты для меня загадка. Ты не такая, как все… Вот только никак не пойму, что именно в тебе не так. Как же мне добиться твоего расположения? — прошептал еле слышно, с досадой посмотрев на меня.
— Маркус… Не начинай войну с людьми… Захвати всех оборотней, правь ими, но не трогай короля Артура… В таком случае я взгляну на тебя иначе, подарю тебе себя. В тебе много человечного, так живи как люди… Тебе не обязательно быть зверем. Ты — полукровка, поэтому не знаешь, к кому себя отнести. Выбери одну сторону, не разрывайся на части. Ты умеешь контролировать звериную сущность, так будь человеком. Защити слабый народ от оборотней, не объединяй виды, которые не должны были соприкоснуться. Не иди против природы, иначе проиграешь, — выдохнула я, закрыв глаза.
Маркус замер, с шумом втянул в себя воздух.
— Ты бредишь. Так и знал, что Ник для тебя опасен. Из его крови не вывелся яд.
Тайпана, поэтому укусив, он отравил тебя, — с беспокойством проговорил вожак. — Аврора… Я не могу стать человеком, даже если бы захотел… Внутри меня всегда будет жить зверь. Люди не примут полукровку, ты же знаешь… Я всего лишь хочу изменить мир под себя, чтобы подобные мне тоже заняли свое место под солнцем. Ты не представляешь, как это тяжело иметь две сущности. А если они еще и не ладят между собой, то можно сойти с ума… Зверь не знает сожаления, пощады, любви, поэтому он творит страшные вещи. Когда возвращается человечная половина, то ощущаются угрызения совести, сожаление, терзают сомнения… Приходится запирать все эти эмоции глубоко внутри себя, чтобы не думать о содеянном… — тихо проговорил Маркус. Наверняка, он считал, что я уже уснула, поэтому высказал мыли вслух. Вожак поднялся с места и вышел из домика, а я мгновенно провалилась в сон.