Маркуса к людям. Говорю тебе как есть… Пойму, если захочешь остановить меня или предупредить друга, — призналась я. Ник тяжело вздохнул.
— И почему все полукровки ставят себе такие трудные, невыполнимые задачи? — усмехнулся Ник. — Макрус всю жизнь мечтает завоевать весь мир. Я никогда не был от этого в восторге, но он мой вожак… Мое дело слушаться его. Ты хочешь остановить его, обеспечить мирное существование двум видам… Масштабные цели…
Может, одолеешь Эйнара и остановишься на этом? Станешь волчицей нового вожака, живите, растите волчат… Не стоит переходить дорогу Маркусу. Он очень силен и кровожаден. Лучше тебе не быть его врагом, поверь мне.
— Прости… Ты прав… Полукровки тем и опасны… Мне хочется, чтобы существовал мир между видами, чтобы больше не появлялись дети, вроде меня. И эта жажда изменить все, подстроить жизнь под новый лад, сильнее голода, эти мысли засели где-то глубоко в сознании. Я ни то, ни се… Не успокоюсь, пока не найду свое место в этом мире… Не могу бьггь ни среди людей, ни в стае. Поэтому хочу жить посередине, на границе… Это будет моя территория. Не позволю двум видам соприкасаться. Если понадобится, то попрошу помощи у Салазара. Ведь он тоже преследует эту цель, — заявила я, а Ник застонал и схватился за голову.
— Ты сошла с ума! Салазар очень опасен. Да он тебя слушать не станет…
Уничтожит, как только приблизишься к его стае. Ты — полукровка, а он на дух таких не переносит. Аврора, у тебя опасные мысли… Это все из-за того, что ты меняешься.
— Если мне удастся и я соберу армию, которая будет охранять границу, ты будешь на моей стороне или останешься с Маркусом? — уточнила я.
— Аврора, давай сделаем так. Раз я дал тебе жизнь, случайно… То исполню свой долг, обучу тебя охоте, бою, расскажу как управлять зверем… Выполню свою родительскую миссию. Но в твоих безумных планах участвовать не стану. Если все же тебе и Эйнару удастся собрать армию для борьбы с Маркусом, то я буду сражаться на твоей стороне. Убивать своих не стану, помогу лишь сдержать. Я не раз просил Маркуса ограничится теми владениями, которые у него есть, но он упорно хочет заполучить весь мир. Хорошо, что тебе потребовалась лишь граница, а не вся вселенная, — хохотнул Ник и щелкнул пальцем мне по носу. Я не удержалась и прижалась к оборотню, обняла его крепко. Николаус растерялся на миг, с шумом втянул в себя воздух.
— Спасибо, Ник. Как же я рада, что нас свела судьба. Роднее тебя у меня никого нет… На волчьей стороне… — проговорила я. — Боялась, что ты решишь убить меня и избавить мир от своей ошибки.
— Глупости не говори. Не уверен, что у меня вообще когда-нибудь будут дети…
Ты — подарок судьбы. У тебя доброе сердце, в травах разбираешься, ты мне с самого начала понравилась своим бесстрашием. Очень расстроился, когда решил, что тебя съели волки Салазара… Рад, что ты уцелела. Приятно осознавать, что подарил жизнь такому прекрасному созданию, мой род не оборвется. Ты же знаешь, как я силен, ни одна самка не одолеет меня, а значит, не быть мне отцом для волчат. Тебе поэтому так сложно контролировать зверя… Ведь у меня это тоже получается с трудом. Но все же ты должна быстрее возвращать разум, в отличие от меня.
Я улыбнулась, а Ник поцеловал меня в висок.
— Сразимся? По-настоящему? Будет больно, но у тебя быстрая регенерация, так быстрее всему научишься, — заявил Ник.
— Я согласна. Только если сильно тебя покусаю, ты уж не обижайся на…
Дочку… — усмехнулась я.
— Мечтать не вредно, — хохотнул он. — По сути, ты как дитя… Такая же не опытная, глупая, так что не надейся одолеть закаленного в боях волка.
Ник отстранился от меня и превратился в волка. Я последовала его примеру. Мы набросились друг на друга… Николаус оказался прав… Мне не удавалось его укусить, зато он постоянно хватал меня за горло и прижимал к земле.
Я проигрывала бой за боем. Это очень злило. Понимала, что впереди сложный путь.
Мне предстояло научится всему, что умели волки, а времени на все было не так уж и много. Радовало только одно… Я была не одна… Ник стал моим проводником в мире оборотней, а мама — якорем в мире людей. Маму и папу я держала на расстоянии друг от друга. Ведь мама часто испытывала страх, а рядом с Ником это опасно. Он мог озвереть и против воли убить моего родного человека. Поэтому мама жила в доме знахарки, а мы с Ником в лесу. Спали на траве, приняв волчий облик. Иногда дурачились, болтали обо всем на свете. Николаус мне безумно нравился. У нас было много общего… Папой я его не называла, язык не поворачивался. Мы обращались друг к другу по имени, стали хорошими друзьями.
Виктор часто навещал меня в доме матери. Его я тоже держала подальше от.