— А меня душой тянет к тебе, хочется помочь несмотря ни на что. Когда меня выбрали старейшины для жертвоприношения, я мысленно ненавидела оборотней. Да я и сейчас вас на дух не переношу, однако к тебе почему-то отношусь иначе… Вижу в тебе мужчину, а не зверя, — призналась я.
— Ты попалась в плен иллюзии. Я зверь в облике человека. Убью тебя и рука не дрогнет. У меня нет привязанности, нет слабости, ты просто мне интересна. Люблю наблюдать за людьми и их жалкими попытками спастись. Все, что между нами происходит — это ничего не значит, — серьезно проговорил он.
— У меня дома был кот. Он часто ловил мышей. Но не убивал… Приносил хозяевам добычу и показывал улов. Отпускал мышь, давал ей пробежать полметра, а потом снова нападал и зажимал в зубах. Или наступал ей на хвост и наблюдал за тем, как она пыталась освободится… Я понимаю о чем ты говоришь… Ты такой же как мой кот… А я твоя мышка, с которой ты наиграешься, а потом съешь. Вот только мне не хочется убегать, я тебя не боюсь, потому что люблю. Это неправильно, ты прав, с моей головой что-то не так. Но ничего с собой поделать не могу, — вздохнула я.
Эйнар поморщился и нахмурился.
— Рад, что ты все правильно осознаешь. Только больше не сравнивай меня с кошками. Ненавижу этих тварей.
— Хотя однажды моему коту попалась шустрая мышка. Она побежала не прямо, а прошмыгнула за печку. Как взбесился тогда кот… Он пытался ее достать, но добыча была навсегда потеряна для него. Кружился целый день поблизости, но так достать ее и не смог. Если я убегу, то могу представить, что ты почувствуешь. Будешь точно так же рвать и метать, сожалеть о том, что не съел раньше, а играл с едой, — улыбнулась я, томно посмотрев в глаза оборотня. Он злился, чувствовала это каждой клеточкой.
— От меня еще никто не убегал, — зарычал Эйнар так грозно, что у меня волна дрожи прошла по телу. — Как твои раны? — сменил он тему.
— Уже затянулись, — улыбнулась я.
— Значит через две недели устроим охоту, — заявил он.
— Тебя будет ждать сюрприз, — загадочно проговорила, посмотрев в его глаза.
Эйнар прищурился.
— Сюрприз? — вскинул он брови от удивления.
— Милый, тебе безумно понравится, — пообещала я. — Ты же не любишь, когда добыча быстро попадает к тебе в пасть. Так вот продержусь долго, с полна насытишься охотой.
Эйнар насторожился и недоверчиво посмотрел на меня.
— Что ты задумала? — выдохнул он, а в глазах любопытство горело.
— Хочу сделать приятное твоему зверю. Продержусь дольше обычного, — заявила я. Эйнар не устоял, впился в мои губы с жадностью и напором, а я не удержала стон.
Обхватила затылок любимого и прильнула к нему, забыв о том, что Эйнар ранен.
Страсть поглотила нас настолько, что оборотень уже ни на что не обращал внимания, крепко сжимал мои ребра, покусывая и сминая губы. Лихорадочно стаскивал с меня вещи, а я горела, жаждала этих прикосновений. И пусть он не верил в любовь, пусть считал, что нами правили инстинкты, мне было в тот момент плевать. Я хотела этого мужчину до умопомрачения, до дрожи в коленях, до ломоты. Каждой клеточкой чувствовала, что не безразличная ему. Иллюзия или реальность? Понять этого не могла… Просто слушала свое сердце, которое подсказывало, что зверь все-таки привязался к жертве… Две недели… Всего четырнадцать дней, чтобы подготовится к охоте… А если быть точнее, к первой попытке сбежать…
Глава 16
Я стирала в горной реке детские вещи и одежду Эйнара. С тоской смотрела по сторонам. Распустились цветы, деревья стояли зеленые, вот только тепла практически не было. На севере ночью температура сильно падала, а днем солнце немного прогревало землю. Я перестала носить меховую жилетку, было комфортно в платье с длинным рукавом. Однако если дул ветер, то снова закутывалась в теплые вещи, чтобы не продрогнуть до костей. Девушек в стае стало заметно меньше. Волки избавлялись от тех, кому исполнилось двадцать лет. Вот уже несколько недель я вынашивала план побега и подготовилась к охоте, но Эйнар играл в свои игры с Линой, а не со мной.
Оборотни Маркуса рыскали поблизости, и все волки Агнара готовились к внезапной атаке, поэтому Эйнар часто на несколько дней уходил в разведку, а когда возвращался, то желания охотится на меня у него не возникало. С одной стороны я скучала без любимого, когда он пропадал на несколько дней, а с другой — радовалась тому, что чудовище далеко. Две недели назад Эйнар охотился на Лину…
Домой она не вернулась… Он убил ее, потому что ей оставалось две недели до двадцатилетия. Теперь мне приходилось готовить своему господину обед, стирать его вещи, а раньше этим занимались Эрика и Лина. Смотрела на разнообразные цветы, и слезы потекли по щекам. Эту красоту мои подруги уже никогда не увидят.