Я могла терпеть любые слова о себе или о том откуда я пришла, но оскорблять людей которые приютили и вырастили меня как родную - не могла. Я подняла с тропинки небольшой камень и бросила прямо Эдмунду в лицо. И все вокруг будто замедлилось. Вот я вижу как камень ударяет парню в висок, как он падает на землю а с его головы течет ручеек крови, как друзья Эдмунда подбегают к нему, как они зовут на помощь лекарку. Когда его проносят возле меня, я понимаю что через каких то пару минут деревенские люди приговорят меня к смерти за их любимого Эдмуднда. Месные жители терпели меня слишком долго, и вот наконец-то наступил повод избавиться от проклятой. Как только папа принес меня без сознания в свой дом и решил оставить, люди обвиняли меня в плохом урожае осенью, сильных морозах зимой, в том что у кого-то умерла корова и многом другом... А что будет с родителями? Они тоже попадут под самосуд? Нет! Я должна уйти отсюда!
Я начала пробираться сквозь толпу и все дальше отходить от места проишествия.
- Ловите проклятую, она убила Эдмунда!
Десятки злых взглядов направились на меня пока из толпы не вышел суровый мужчина с мотузкой в руках. Бежать! Единственная мысль что была в моей голове. Я сорвалась с места и побежала в сторону леса.
- Не дайте добежать ей до Черного леса! Ловите убийцу!
Черный лес это единственное место куда деревенские не сунуться ни за что и это было единственным моим спасением. Хоть бы успеть! Мимо меня начали мелькать деревья и кусты, но я продолжала бежать. Снова все повторятся... опять я спасаюсь от смерти в лесу. Забежав настолько глубоко что уже не было слышно крики людей и лай собак, я упала на спину и закрыла глаза.
Глава 2 Лес
Не знаю сколько времени я пролежала на холодной сырой земле, но у меня просто не хватало сил подняться. На лес уже давно сошли сумерки, нужно идти, не даром люди бояться этого места. Было очень тяжело подвестись на ноги, мышцы затекли, а голова будто налилась свинцом. Я не рискнула заходить глубже в лес, потому просто оглянулась вокру в поисках укромого местечка для ночлега. Лес, мягко говоря, был очень пугающим. Темные деревья, на которых почти не осталось листья, были очень странных форм и казалось что вот-вот оживут. Под ногами хрустела засохшая трава и мелкие веточки.
Я долго бродила вокруг и хотела уже заночевать под деревом, но вдали послышался громкий вой. Подняв голову в небо я увидела почти полную луну, кзалось будто остальную ее часть закрывает странная непонятная тень. Стало немного жутко страшно и я приняла решение заночевать на дереве. Выбрав "жертву", стала потихоньку забираться. В длинном платье это было очень неудобно и подол вечно цеплялся за мелкие веточки норовя остаться на дереве навсегда.
Кое-как добравшись до средины, поудобней села на толстой ветке и снова подняла голову ввысь. Вот уже луна представляла собой идеальный круглый диск молочного цвета.
- Какая красота
Я мечтательно улыбнулась.
- Вот бы мама с папой видели.
Родители... как они там? Одинокая слеза скатилась по моей щеке. Пусть они не были для меня родными, но любили и воспитывали как свою. Очень часто, вночи, я молила чтобы Боги даровали им собственного ребенка, но не зря я родилась не под счасливой луной, и мои молитвы не были услышаны.
Я вздрогнула снова услышав вой. Теперь казалось что он прозвучал ближе. Отганяя от себя дурные мысли, постаралась удобнее устроится на ветке, моя мама всегда говорила: " Уртеняя зоря покажет все ответы".
Как ни странно, заснула я очень быстро. Сначала мне снилось что ветер несет меня на своих крыльях, как вдруг ощутила сильную боль в плече. Потом дыхание выбило из легких и я поняла что это не сон, только никакой ветер меня не несет, я просто свалилась из дерева. Очень тяжело было открыть глаза, все тело болело, а голова гудела словно после встречи с чем-то очень тяжелым.
Вой.. очень близко...
Я пыталась отползти куда-нибуть дальше, но сознание стремительно уплывало. У меня больше нет сил боротся, будь что будет. Закрыв глаза я просто ожидала что сейчас меня растерзает стая голодных волков. Вот я уже слышу шорох листвы возле себя, но сил открыть глаза нету. Последнее что осталось в моей голове это ощущение шершавого языка на своей щеке и какой-то странный писк, а потом меня захватила темнота.