Это, опять же, что касается демонстративных, протестных акций. А бывают случаи, когда человека, совершившего какое-нибудь омерзительное преступление, настолько мучает совесть, что он постепенно теряет рассудок - медленно и незаметно для окружающих сходит с ума. Ну и, применительно к данной теме, бывает, тоже пытается свести счёты с жизнью, даже иной раз успешно... Это, в основном, те, кто осуждён за убийство родных людей, за насилие над детьми и прочее. И совесть мучает, и атмосфера вокруг них враждебная, осуждающая, а нередко и отношение. Бывает, что ежечасные упрёки, оскорбления, унижающее физическое воздействие кто-то не выдерживает.
Периодически берутся за мойки и те, кто в силу своих индивидуальных психологических особенностей склонен к суицидальному поведению. Учёные ещё называют его аутодеструктивным, то есть самовредительским. Они из-за каждого пустяка изображают огорчение и ищут повод даже не порезать, а поцарапать кожу на запястьях. Таких и на воле пруд пруди. Не стану заострять на них внимание. У этих основной мотив - вызвать сочувствие и жалость к себе.
Независимо от причин, поводов и характеров все, кто был замечен не только в действиях суицидального свойства, но и высказывал подобные намерения, обычно ставят на особый учёт, который носит название профилактического.
Самих же "деятелей", поставленных на профучёт, называют "белобирочниками" или "белой биркой".
Согласно установленных режимных требований осуждённые исправительных колоний носят на арестантских костюмах - робах, а именно справа на груди, нагрудный знак - маленькую табличку, на которой помещена фотография, впечатаны фамилия, имя, отчество осуждённого, номер его отряда. Всё чёрным по белому. Нагрудный знак зэки называют "биркой". Так вот "бирку" у состоящих на профилактическом учёте, как склонных к суицидальным действиям, "метят" очерченной по диагонали полоской белого цвета. То есть белым по белому. Отсюда и "белобирочники".
Удивляться не нужно. Это же тюрьма. Она иррациональна. Её до конца не постичь, умом не понять, аршином общим, как говорится, не измерить. Тут действуют свои законы и правила. Просто раньше "бирки" имели чёрный фон. Он поменялся на белый, а цвет профучётной полосы - нет. Так что, это теперь такая своеобразная норма: белым по белому, чёрным по чёрному. Так бывает...
Кстати, профучёт ничего доброго не сулит. Их, профучётников, то и дело вызывают к психологу заполнять тесты. Пустое, обременительное занятие. Какой-либо реальной психологической помощи от тюремного психолога, естественно, ждать глупо.
Кроме того, из-за них в барак периодически заявляются сотрудники - обязаны проверять, чем занимаются подучётные. А это здорово злит и самих мусоров, и остальных зэков. Для первых это лишнее беспокойство, а последним эти визиты мешают заниматься своими делами и проводить время, как хотят они, а не как от них требуется по режиму.
Спальные места суицидникам должны отводить в поле зрения видеокамер системы наблюдения: на вторых, верхних ярусах шконок, как говорят - на пальмах.
Помимо этого отрядные писари должны из-за них вести работу со стендом профучёта, рисовать эти полосы на бирках и прочее.
В общем, профучётники вносят в барак нежелательную суету, что вызывает досаду, раздражение и последующее их вымещение на виновниках. Так что ничего хорошего в этом нет…
За годы своих злоключений довелось отведать немало разных историй на эту тему. Однако одну из них до сих пор вспоминаю с некоторым содроганием.
Я тогда ещё был под следствием - отсидел чуть больше года в СИЗО. Как-то раз меня вывели из камеры, как говорится в таких случаях - с вещами, для этапирования в другой изолятор.
Было раннее утро выходного дня. На первом этаже тюрьмы было тёмно и безлюдно, и я, ожидая шмона и отправки, сидел один в железной клетке посреди просторного продола - тюремного коридора.
Вдруг из тьмы переходной галереи появилось странное шествие: двенадцать голых по пояс арестантов шли гуськом, оцепленные сотрудниками в синей ФСИНовской форме. Сразу бросилось в глаза выражение лиц этих зэков. Оно было бодрым, целеустремлённым, я бы даже сказал - одухотворённым, но это плохо увязывается с другими обстоятельствами описываемого случая. У некоторых на губах застыли гордые улыбки. Однако, это-то и создавало жутковатый контраст с общим их внешним видом: животы вокруг пояса были забинтованы окровавленными бинтами. Также перевязаны были шеи и запястья. Но это ещё не самое пугающее.
Поистине неожиданным и неестественно уродливым выглядело то, что шли они с широко расставленными руками, словно распятые. Руки их были примотаны бинтами к каким-то деревянным коромыслам…