- Ну ничего. Они могут меня и не узнать, а если узнают, то не посмеют ничего сделать в королевском дворце. Даже брат Алый не смеет.
Подумала она, наблюдая за тем, как по лестнице неспешно спускаются две женщины в чёрных балахонах. Нет. Не женщины. Яска наблюдала, как с голов служительниц падают капюшоны. По лестнице медленно спускались Хелла и одиннадцатая, облачённые в балахоны матерей.
Яска почувствовала, что вокруг всё поплыло. Происходящее показалось нереальным. Как Хелла могла мать матерью? Ведь в этот ранг посвящали заслуженных и мудрых старух. Но никак не молодых девушек.
Следующая мысль обдала её ледяным ужасом. Если Хелла теперь в сане матери, значит, её нельзя будет выкупить? Она навсегда останется в храме?
Яска почувствовала, как липкий холодный ком в горле не даёт вздохнуть. Почему это произошло? Как Хелла на это согласилась?
Упрямая душа отказывалась принимать тот непреложный факт, что теперь ничего не изменить. Они никогда вместе не уплывут в Караггауд, не встретят там Веську и не будут жить как одна большая семья. Жизнь на миг потеряла смысл. И только мысли о сестре, которой она тоже нужна, позволяли Яскиному сердцу продолжать совершать удар за ударом. Казалось, не будь её, оно бы остановилось.
- Если сегодня последний день, когда я вижу Хеллу, я должна подойти и поговорить с ней. Сказать, что я люблю её и всегда буду помнить. И непременно пожелать удачи. И будь, что будет.
Пока глашатай продолжал объявлять всё новых и новых важных гостей, Яска выбралась из своего угла и пошла по залу, стараясь отыскать служительниц. Однако девушки, которые с такой помпой только что вошли в зал, сейчас будто провалились под гладь наколдованного на полу озера.
- Эй..
Яска резко обернулась, чувствуя, как её на плечо легла чья-то тёплая ладонь. Позади неё стояла одиннадцатая.
- Я так рада, что нашла тебя!
Тёплая улыбка на её губах смотрелась немного неестественно.
- Не переживай, я ничего плохого не хочу. Я тут по поручению второй матери. Она очень хочет тебя увидеть и переговорить с глазу на глаз. Это очень важно.
Улыбка одиннадцатой сменилось серьёзностью.
- Пожалуйста, давай поспешим. Через полчаса начнётся церемония и потом уже будет ен поговорить.
Яска поколебалась минуту, но потом всё-таки кивнула и быстро пошла за одиннадцатой. Та уверенно провела её через залу, показывая проход, скрытый за убегающей вверх лесенкой для слуг. Яска тихонько скользнула туда. Секунду глаза привыкали к темноте. Когда же они привыкли, Яска едва не закричала, но ей моментально закрыли рот рукой.
- Ну что, здравствуй невеста.
Ксан, разодетый в шёлковый голубой костюм, расшитый серебряной нитью, подошёл к ней, и пока его один его подручный держал её, а второй связывал ноги, с усилием вырвал у неё из рук посох.
- Это тебе больше не понадобится.
Он передал посох одному из подручных.
- А вот это – очень даже.
Он с силой разжал её руку, едва не вывернув пальцы и грубо надел на указательный кольцо, с удовлетворением наблюдая, что оно не окрасилось в красный.
- Ну хоть не к другому сбежала… Хотя кто тебя взял бы по доброй воле…
Он отошёл и сорвал со стены большой гобелен.
- Да, я правда не по сованной воле хотел на тебе жениться. Но разве это такое уж преступление? Да вся высшая знать заключает браки с теми, с кем нужно, а не с теми, с кем хочется. И только такая крестьянская дура, как ты может думать, что какие-то там мимолётные эмоции важнее долга.
Ксан наклонился и расстелил гобелен на полу. Яска брыкалась и извивалась, но парни держали крепко.
- Но я действительно хорошо к тебе относился и собирался обустроить и твою и свою жизнь вполне сносно. И чем ты мне отплатила? Опозорила на всю столицу и чуть не лишила наследства, расторгнув помолвку потому, что так захотела твоя левая пятка.
Он негодующе всплеснул руками.