Лилья бесшумно подошла и опустилась рядом, уставившись в огонь.
- Ты снова взял не тот пузырёк, Идвор. Сколько тебя учить, что если снадобье пахнет мелиссой, его не надо брать?
- Тьфу ты…
Кудрявый маг выругался.
- Что это было? И что теперь будет?
Заволновался он.
- Не знаю, это должно было быть зелье, которое сращивает кости. Я его ещё не испытывала. Ну, вот сейчас на тебе и испытаем. Если твой зад превратиться к кость – скажи.
Ухмыльнулась Лилья, протягивая Идвору склянку.
- Ладно, вот держи деактиватор. Я, пожалуй, не переживу, если твой зад всю дорогу будет всю дорогу со звоном биться о село.
- Как девчонка? Что с ней случилось?
Спросил Демиан.
- Перенапряглась и израсходовала магический резерв. Не смертельно.
Отмахнулась она.
- Меня гораздо больше интересует, что было с этой девочкой раньше. Если бы она не была в таком состоянии, резерв бы не истощился в ноль.
- О чём ты?
Поднял брови Идвор.
- Она явно недоедала, причём несколько лет подряд. Организм истощён. Плюс к тому у неё хронический недостаток крови – будто ею каждый день упырей кормили и столько шрамов на руках, сколько я ни разу в жизни не видела. Я крайне удивлена, что при этом она ещё хоть как-то может использовать магию. Часто при таких дефицитах эта функция и вовсе блокируется.
Пояснила она, глядя куда-то сквозь костёр.
- Получается, её магический дар пытались заблокировать, надеясь превратить её в обычную девочку?
Поднял брови Демиан.
- Нет. Если бы они просто пытались так подавить дар – девочка давно бы умерла. Ведь исток силы, если он есть, нельзя заблокировать. Можно сделать оболочку слишком слабой, чтобы человек мог стать проводником, и всё, что не может выйти скапливается внутри, выжиная человека.
- Так почему она жива и может использовать магию?
- Почему она может колдовать – я не знаю. Скорее всего, очень сильная и дисциплинированная. Регулярно тренировалась, не давала выходам силы закрыться. Но и нормально работать они тоже не могли и разрушали её изнутри, ломая магическую систему, искадая поток. Сейчас эта девочка, на м самом деле и не выдаёт потока. Сила сочиться покапле, изредка вырываясь фонтаном, так что я думаю, силу из неё просто периодически сливали, как воду из полного ведра.
- Что? Ты думаешь, что девчонка служила кому-то живым амулетом?
- Да. И если бы служила хорошо. Ещё годик такого колдовства через сопротивление и исковерканная сила совсем бы разрушила её изнутри и, в конце-концов убила. Но, к счастью, амулет вышел бракованный. Магия всё равно выходила наружу. И, возможно поэтому, а может из суеверного страха перед ведьмами, от девчонки явно неоднократно пытались избавиться.
- Почему ты так решила?
Спросил Идвор.
- Достаточно было взглянуть на её тело. У неё сильные ожоги почти всего тела, старые, но крайне плохо зажившие, и свежие синяки и ссадины буквально везде, словно её недавно пытались превратить в отбивную. Я её подлатала, как смогла, свела шрамы, какие смогла. Но даже у меня убрать всё не получилось.
- Да уж, интересно, кто и зачем, в стране, где магия запрещена, решил сделать из ребёнка амулет и таким изуверским способом выкачивать силу. Он ведь явно и сам колдун, раз знает как изымать силу и что с ней делать…
Зло нахмурился Идвор и тут же суеверно сделал знак, оберегающий от взгляда богов. В Элторне считали, что нет худшего несчастья, чем пристальное внимание высших сил, и чем меньше они тебя замечают, тем лучше.
- Будь у нас побольше времени, следовало бы найти этого изувера да отдать в руки этому ордену, который у вас тут с колдунами борется. Эх… Жалко у нас только неделя осталась, до того как нас выгонят из Славии сапогом под зад.
- Ещё что-нибудь необычное заметила?
Спросил Демиан, подбрасывая в костёр ещё хвороста.
- Ну, ещё она говорит по элторнски.
Мужчины синхронно подняли брови в изумлении. Элторниский язык, как и сами элторнцы в Славии был не в почёте. В стране, презиравшей колдовство, знать язык государства, где сам король не просто маг, а некромант, было далеко не престижно. Так что по элторнски худо-бедно изъяснялись в основном купцы, которым приходилось торговать с ненавистными соседями, да переводчики при королевском дворе.
- И хорошо говорит?
- Спросил Демиан.
- Ну степень владения оценить было трудно. Мы там раны лечили, а не светские беседы вели. Но точно могу сказать, что ругается она великолепно. На все лады и почти без акцента.