Брикеты, запаянные в полиэтилен. Их приносили сумками, не распечатывая, уносили чемоданами – словно подбрасывали бревёшки в некую топку, которая раззявила свою ненасытную пасть, и люди, сбиваясь с ног, уже не могли остановиться в этой гонке, подтаскивая новые брикеты. Обычная логика отказывала, подчинённая массовому психозу оборота шальных денег.
Два плюс два совсем не означало, что к вечеру будет – четыре. Здесь уже выступала другая формула, зависимость, как бы это точнее сказать – не была линейной. От этой безумной непонятки иногда «срывало крышу». Тогда Митяй пил дорогущий коньяк, курил толстенную сигару и предавался мечтам. Но он был реалистом и не позволял себе долгих раздумий. День прошёл, а завтра будет видно!
Утром он снова был «на мостике», рулил своим большим хозяйством и отметал мысли о том, что деньги – зло, а большие деньги – большое зло! Тут обратная пропорция.
Дни мчались с сумасшедшей скоростью. Он затылком чуял, как скручивается пружина заведённого механизма, и внутренне готовил себя к тому, что в один прекрасный день он «сядет в лодочку» и тихо отплывёт по своим делам. А позади – хоть трава не расти!
Степаныч, которого он с огромным трудом уговорил стать консультантом по финансам, разруливал это море денег в разных направлениях. Первым делом они отогнали на свои счета по лимону. Но карточки «голд» и «платина» могли одномоментно превратиться в бесполезные картоночки. Надо было запастись живым баблом, наликом. И что бы потом ни случилось – прильнуть к этому источнику и снова воспрять из пепла.
Он прикупил домушко в Очаково, в районе ТЭЦ. Недорого, потому что рядом шумела горячей водой градирня и желающих приобрести это «чудо» не было. Митяй жить в нём не собирался.
Он подрядил четверых бывших метростроевцев, крепких ещё пенсионеров, и договорился о постройке замаскированного бункера, в который вёл бы ход из погреба под домушкой. Деньги предложил хорошие. Разговор построил правильно, чтобы у работяг не было и вопросов лишних, и желания «стукнуть» в ментовку. Слегка припугнул, дал понять: если что, отыщу под землёй.
Дальнейшее было более смелым по задумке: широкий тоннель, плавно выходящий от бункера к гаражам недалеко от МКАД. Он планировал купить «Харлей» и при необходимости «сделать ноги» прямо по тоннелю. Ищи потом ветра в поле! Это сооружение выполнила другая бригада, не знакомая с первой.
Тоннель должен был выходить к «нулевой точке», от которой он смог бы оторваться через систему ходов.
Карту этих лабиринтов ему предстояло отыскать. По его прикидкам – о ней была информация. Но вот у кого?
Общаясь с Бобом, Митяй ломал комедию. Надо было его прощупать. Поэтому Митяй и запел соловьём про разные проЭкты. Он вообще любил походы «в народ». Одевался проще, косил под своего. Никто и близко не предполагал, что перед ними – мультимиллионер! Митяю это очень нравилось, льстило, что он так тонко всё провернул. Да и метровские старожилы всерьёз его не воспринимали, считали убогоньким, блаженным по рождению и несчастным по жизни. Но это ему было на руку.
Затеялось же всё неожиданно. Выпивали у Палыча, в дежурке. Заструился разговор, перетекал с одного на другое, как из стакана в рот. Митяй такие посиделки очень уважал, искал их, перезнакомился со многими бывалыми «подпольщиками», так он за глаза называл людей метро.
Начал Палыч привирать разные разности, про ужасы в метро и вокруг. Митяй не поверил.
– Ну, не знаю – ёх ты! Попытай Семёныча, если мне не веришь!
И вот Митяй всеми правдами и неправдами напросился в гости к Семёнычу и уговорил его поведать секретное про метро. Тот мялся, не очень хотел.
Жил Семёныч в однокомнатной хрущёвке на проспекте Космонавтов. Когда-то был женат недолго, но после рождения дочери жена от него ушла. Он так и остался одиноким. Утешение находил в книжках. Единственная комнатёнка была до потолка заставлена самодельными полками, сплошь забитыми книжками.
Выпили по-первой. Семёныч подобрел.
– Хорошо, что зашёл в гости, а то анахоретом проживаю, как древний фикус в кадушке!
– Семёныч, ты же про метро обещал.
– Ну да, ну да! Куда ж оно денется! Кишка зловредная! Кроме метро для общего употребления, есть и метро номер два. Так называемое «Д-6». Закрытое. Три спецветки. Ну, про эту хрень уже пять пудов понаписано. Это – фигня. А вот если проанализировать некоторые точки, так сказать – реперные, для привязки, очень даже интересная получается картинка!
– Откуда такая информация? – спросил Митяй, явно заинтересованный.