Капрал, не церемонясь с важными визитерами и не особо маскируя сарказм, прикрикнул:
– Нам бы узреть светлый лик помазанного, будьте любезны.
Ткань откинулась, появилась унизанная перстнями старческая рука. Следом – непроницаемая физиономия кардинала. Если бы жестокость, алчность и прелюбодеяния годами меняли внешность человека, человек выглядел бы в точности как Галль: иссушенная мумия в коричневых метках, гадкое чучело с птичьими чертами. Красная ряса символизировала кровь Распятого, пролившуюся в Реку.
«С чего бы, – озадачился маркиз, – папе встречаться с Галлем в такую рань?»
– Опустите ворота, – велел капрал.
Зомби понесли кардинала по мосту, но снова остановились, упершись в стражу. По команде педантичного сержанта гвардейцы принялись щупать кузов. Они проверяли днище и обыскивали служек, сам капрал убрал ткань с дубового каркаса и исследовал салон. Кардинал терпеливо ждал, покашливая в рукав. Его паства не выдала ни малейших эмоций.
Повинуясь смутным подозрениям, Алтон вынул из кармана монокль. Приставил к глазу, другой глаз зажмурил и взглянул вниз, на паланкин. Облачное стекло, изготовленное Нэем, прошило насквозь магическое заклинание. Секунду назад Галль сидел на скамье один. Сейчас по левую руку от него находился чернокожий громила. Купол невидимости представал фиолетовым дымом, клубящимся вокруг кузова. Для стражи попутчика Галля не существовало.
Алтон впился пальцами в перила. Он узнал изменщика Номса Махаку, создателя зомби. После покушения Веноны Банти на маркиза Махака пропал. Считалось, что он покинул Полис вместе с Сорелем. Но вот же он, обвешанный амулетами, подле кардинала, опирается на посох из берцовой кости великана. У мускулистых ног напружинился павиан. На коленях Махаки сидел еще один нелегальный посетитель. Черный колдун обнимал его будто ребенка, но это был взрослый мужчина. Ужасно худой, обросший темными волосами, практически голый, не считая набедренной повязки. И он, в свою очередь, держал кого-то на коленях.
Алтон чуть не обронил монокль. Он разглядел куклу, прижатую к груди темноволосого: тряпичную дрянь с кривым клювом и вшитыми в глазницы птичьими черепками. Мужчина на коленях Махаки баюкал куклу с отцовской нежностью. Внезапно, будто поймав взгляд стороннего наблюдателя, он склонил голову. За сальными прядями показалось костистое, смутно знакомое лицо. Белесый глаз вперился в Алтона.
Маркиз отпрянул, словно узрел призрака. Впрочем, именно так и было: на руках Махаки сидел призрак, смесь кладбищенского гуля с иллюстраций бестиария и повесы, нарисованного на картинах, висящих во дворце.
«Батт? Но этого не может быть! Мой брат мертв, его разум, а следом и жизнь угасли, задутые колдовским дыханием вагландской принцессы! Он лежит в мавзолее, в черном гробу, я же присутствовал на похоронах!»
Внутренний голос шепнул: а уверен ли ты, что папочка не солгал в очередной раз – тебе и всем подданным? Что Титус Месмер не покопался в твоих мозгах, переделывая реальность, что Юн Гай не сотворил тюльпу, которую и похоронили вместо Батта?
Не важно! В данный момент не важно!
– Ловушка! – закричал Алтон, хватаясь за эфес.
Махака недобро оскалился. Галль что-то прошептал в рукав. Усатый гвардеец подошел к капралу сзади и вонзил шпагу в лопатку. Острие, пробив сердце, выпорхнуло из нагрудного кармана. Капрал так ничего и не понял. Забряцало оружие. Ошарашенный Алтон смотрел, как обнажает клинок молодой стражник: полдюжины лезвий одновременно окунулись в его плоть, обагрили кровью форму. Парень оглядел изумленно убийц, собственных побратимов, и рухнул на плиты. Еще один солдат пал с перерезанным горлом. Все это заняло меньше минуты. Гвардейцы, предавшие Гармонию, опустили шпаги и поклонились Галлю.
Лишь сейчас опомнившись – измена! бунт! – маркиз ринулся к арочному проему. Нужно предупредить отца! Позвать майора Джеффриса!
Джеффрис стоял на лестнице внутри резиденции. По прихоти Творца за его стриженной под горшок головой угадывался портрет полнощекого Батта. Майор нацелил пистолет в грудь Алтона. Маркиза словно пнули ногой в живот; воздух вышибло из легких, от обиды и возмущения полыхнули щеки.
– Как вы могли? – выкрикнул он. – Сколько же вам заплатили?
– Награда, – спокойно ответил Джеффрис, – ждет меня в гнезде Бога-Голубя, под крыльями которого мы ходим. Пойдемте, маркиз. Вас будут казнить.
Сплести сеть рыболовную. И сплести сеть магическую. Не так уж и много отличий. Разница в размере и материале.
Нэй связал петлю тройного заклятия и надел ее на верхний край мысленного челнока, прижал нить к его нижнему краю и стал наматывать, переворачивая челнок.