– Маэстра Кингстон, Вы хорошо себя чувствуете? – к удивлению Моли в её голосе было неподдельное участие. – Вы очень бледны.
– Спасибо, что спросили, – вежливо кивнула девушка. – Но не стоит волноваться. Это всего лишь моё обычное недомогание. Оно связано с погодой. Да и к тому же я не выспалась. Скоро пройдёт.
– Вы уверены?
– Да, вполне.
– Это всё эта ваша ночная работа…, – госпожа Эрингтон неодобрительно покачала головой и снова направилась по своим делам.
В столовой она оказалась совершенно одна. Анабэль, скорее всего уже отправилась по своим делам, а вот Роззи, судя по нетронутому завтраку, ещё не спускалась. Эмилия понадеялась, что сможет поговорить с ней о её свиданиях, однако даже через полчаса её младшая подруга так и не появилась. Так и не дождавшись её, она отправилась на работу.
Сегодня агент Моль решила сменить подход к заданию. Вместо бесплодных поисков попробовать выведать что-нибудь у своих коллег или персонала ресторана. Возможно, кто-то из них что-то видел или слышал. При этом необходимо было навести их на нужную тему не вызывая подозрений. Это было не самой лёгкой для неё задачей. Общение всегда давалось ей с трудом.
Во время обеденного перерыва она присоединилась к музыкантам и направилась вместе с ними на кухню.
– Маэстра Эмилия, Вы сегодня с нами, – сказал Кристиан, когда они разместились за одним общим столом. – А что же раньше не приходили?
– Да, Вы знаете, у меня слабое здоровье, – девушка старалась говорить так чтобы её могли расслышать все коллеги и даже может быть кто-нибудь из работников кухни. – А с тех пор как я здесь работаю, так что-то вообще неважно себя чувствую. Аппетит совсем пропал, вот и не приходила.
– Вы действительно бледны, – участливо сказала одна из музыканток. – Может Вам пойти домой?
– Нет-нет, спасибо. Думаю, после обеда всё наладится. Но даже не знаю от чего это. Может быть просто непривычный климат? Не хотелось бы думать, что это как-то связано с водопадом. Я как-то слышала, что у Неодарённых может быть аллергия на магию.
– Ой, да, я тоже про такое слышал, – поддержал её кто-то из коллег. – А как-то раз я работал с одним флейтистом, так он утверждал, что…
Следующие полчаса музыканты и работники кухни увлечённо пересказывали друг другу всевозможные слухи и истории связанные с предполагаемым влиянием магии на здоровье и жизнь обычных людей. А после этого разговор плавно перетёк к перемыванию костей самих Одарённых. Эмилия надеялась, что среди общего привычного потока жалоб на различные «выходки» магов сможет выявить хоть что-то подозрительное или хотя бы необычное. А также приметить для себя, кто из присутствующих наиболее радикально настроен и может вольно или невольно стать орудием диверсии.
Но её ожидания не оправдались. Единственной мало-мальски интересной информацией оказалось, то, что парадный вход в ресторан не был защищён какими-либо магическими щитами или проверяющими заклинаниями. Именно поэтому все сотрудники должны были использовать служебный вход, а о телепортации вообще не могло быть и речи.
А в итоге разговор и вовсе перешёл в шутливую форму. После обеда они с Кристианом стояли у фортепиано, дожидаясь, когда соберутся остальные музыканты. Он рассказывал различные забавные случаи, связанные с работой и не только. Со скрипачом было очень легко общаться. Его обаяние очаровывало. Эмилия рассмеялась очередной удачной шутке и вдруг наткнулась взглядом на магистра Ормандо. Он стоял у входа в ресторан, заложив руки за спину, и пристально смотрел на неё. Вся лёгкость от общения с Кристианом мгновенно улетучилась, и чтобы скрыть резкую перемену настроения девушка сделала вид, что репетирует особенно сложные места партитуры.
Ближе к ночи её самочувствие ухудшилось ещё сильнее. Голова кружилась почти постоянно и временами немного подташнивало. И даже то, что сегодня она не стала пропускать обед, существенно не смогло изменить ситуацию. Пришлось снова воспользоваться стимулирующим элексиром.