Ранним утром первого дня фестиваля улицы Миралины были тихими и пустынными. Ночная прохлада посеребрила камни мостовой первым инеем. По дороге на вокзал ей встретилось всего несколько человек, которые уже начинали украшать улицы к вечерним празднествам. Всюду вывешивали разноцветные флажки, расставлялись букеты и венки осенних цветов, а из ветвей деревьев с ещё не опавшими яркими листьями сооружались арки и навесы.
На самом вокзале хоть и было уже достаточно многолюдно, всё же сохранялась приличествующая раннему утру тишина. Немного поколебавшись, Эмилия решила выкупить места во всём вагоне. Ей очень хотелось подумать в одиночестве, и случайные попутчики ей были ни к чему. Проставленные в билете время отправки и прибытия сообщали, что в дороге она проведёт около часа. Как раз достаточно чтобы снова попытаться разобраться во всём, что произошло.
Выйдя на перрон, девушка стала медленно прохаживать взад и вперёд в ожидании поезда. И, как и в прошлый раз, она в восхищении разглядывала великолепное здание вокзала. От высоких арочных дверей в разные стороны расходились круглые мраморные колонны, обрамлявшие задание и создающие затенённые аллеи. Здесь почти никого не было, и в конце колоннады девушка заметила знакомую фигуру. Это был господин Тогден, хозяин одного из домов, где ей довелось поработать. Его выдающийся рост не давал ему затеряться в толпе. Он с кем-то разговаривал, и спустя мгновение Эмилия узнала и его собеседника. Мастер Риган Фоук, ректор академии для мальчиков. Он что-то спокойно говорил, однако его твёрдое выражение лица и некоторые резкие жесты выдавали его не самое лучшее расположение духа. Они неторопливо шли с внутренней стороны колоннады, и Моль, повинуясь выработанным навыкам, обошла одну из колонн и встала за ней. Через некоторое время собеседники поравнялись с ней, и девушке удалось услышать часть разговора.
–... его необходимо уничтожить. Я просто убеждён в этом. Всем от этого станет только лучше, – в холодном голосе господина ректора сквозило раздражение. – Маги, наконец, смогут выкопать свои «драгоценные» магиринты, а город перестанет страдать от туманов. Не понимаю, почему они до сих пор этого не сделали?
– Вы рассуждаете, как Неодарённый, мастер Фоук, – пробасил его собеседник. – А для них это уникальный магический феномен, который надо изучать.
– И это в очередной раз доказывает, что им плевать на мнение подавляющего числа населения города. Маги никогда не будут с нами считаться. Его надо разрушить…
– Риган, ты переходишь границы! – прервал его Тогден. – Тобой движет месть. Но ты не сможешь отомстить природному явлению. Это был несчастный случай. И твою сестру это не вернёт.
– Вы правы, – казалось, голос мастера Фоука стал ещё холоднее. – Но это не должно повториться.
– За эти десять лет меры предосторожности стали гораздо лучше. Система оповещения работает, как часы, да и новый вентилятор куда больше и качественней. Я думаю тебе лучше сосредоточиться на…
Их голоса стали затихать и вскоре они ушли совсем далеко. Эмилия посмотрела им вслед. Теперь у неё не оставалось сомнений, в том, что мастер Фоук основал своё движение защитников Неодарённых по собственной инициативе, а не по чей-то указке. Однако его личная мотивация могла сделать его гораздо более опасным, по сравнению с бездушными марионетками.
Пыхтя паром, подошёл поезд, и Моль поспешила к нему.
Девушка окинула взглядом свой отдельный вагон старой модели. Для неё было просто удивительно, как быстро развиваются технологии. Не успели все привыкнуть к поездам, как вагоны уже устарели. Побывав пару раз в столице она уже имела возможность путешествовать в новых вагонах с одним входом на несколько купе.
Вообще всевозможные достижения прогресса попадали в их страну, лишь преодолев массу препятствий. Такая гениальная вещь, как носки на резинке были у них ужасной редкостью, а если и встречались в магазине, то стоили столько, что рукой не достанешь. И это только один пример. Роззита показывала ей подобные новинки постоянно. Те слухи, что доходили до них из межмирового сообщества говорили о том, что там достижения прогресса приживаются куда быстрее.
Эмилия в который раз с досадой сожалела, что их Мир был Закрытым так долго. Пока все остальные развивались, они, чуть ли не топтались на месте. И с «Дорогой» теперь происходило то же самое. Моль вспомнила, как господин Тогден говорил, что это принесёт городу массу возможностей для развития. Но таких, как он единицы. А все остальные мало-мальски влиятельные семьи будут упираться до последнего.