– Госпожа разыскивает мастера, который ставит знаки на музыкальные инструменты, – пояснил проводник Эмилии.
Учитель закатил глаза и менторским тоном сказал:
– Сколько можно повторять?! Мы не «ставим знаки», а занимаемся Наложением. Мы накладываем защиту или мы накладываем охрану и тому подобное
– А слежку мы тоже накладываем?
– Не паясничай. Отправляйся по своим делам, – строго сказал старший жрец и, повернувшись к Эмилии, продолжил. – А Вас я прошу следовать за мной.
Он прошёл вглубь комнаты, где находился небольшой закуток, отгороженный от остального пространства полкой, заставленной всевозможными предметами, комнатными растениями и самыми разнообразными кружками. Здесь же топилась небольшая печка, на которой грелся чайник.
– Не хотите чаю? – предложил учитель пробираясь к стоявшему в углу письменному столу. – Возьмите себе любую чашку, там на полке. Они все чистые.
Девушка осмотрела ряды кружек и выбрала небольшую чайную пару тёмного цвета.
– Хм, какой интересный выбор, – прокомментировал «дядя» Пьетро. – Иногда о человеке многое говорит, то из какой посуды он предпочитает есть и пить.
– Правда?
– Ну, согласитесь, что Вы сможете себе примерно представить владельцев белой тонкой фарфоровой пары и, скажем, железной кружки.
– Да, действительно, – кивнула Эмилия. – Ну, а что же мой выбор говорит обо мне?
Жрец медленно окинул её взглядом и сказал:
– Что Вы не так просты, как кажетесь.
Эмилия слегка наклонила голову вбок и спросила:
– А что если я просто взяла то, что стояло с краю?
– И так тоже может быть, – улыбнулся учитель и налил им обоим чаю. Сам он выбрал продолговатую глиняную кружку с тремя горизонтальными линиями.
Они устроились за ближайшим свободным столом, и он раскрыл картонную папку с документами, которую взял на письменном столе.
– Так кто Вас конкретно интересует?
– Я разыскиваю магистра, который работал с моим другом. К сожалению, я даже не знаю его имени. Мне известно только, что он… накладывал охрану на скрипки и футляры для них.
– Ну, что ж это уже не мало. Давайте посмотрим, что у нас тут есть…
В папке учителя оказались списки магистров прошедших обучение в Храме. Также там указывалась их примерная последующая специализация и уровень магии. И здесь девушка столкнулась с крайне неприятным сюрпризом – никакой специальной классификации в этих записях не существовало. Нужно было просматривать буквально каждого бывшего ученика, выискивая необходимую информацию. В первый момент Эмилию ужаснул объём предстоящей работы. Девушка мысленно досчитала до десяти и глубоко вздохнула, попытавшись смириться с тем, что ей предстоит провести здесь не один час. Ей вспомнился мастер Шульц с его спокойной дотошностью. Вот уж у кого бы не возникло проблем с этим заданием. Взяв куратора за пример для подражания, Моль безропотно принялась просматривать списки. Занятие это оказалось очень монотонным и скучным. Чтобы хоть как-то ускорить этот процесс Эмилия сразу переходила к строке с профессией, однако, в какой-то момент она краем глаза зацепилась за знакомое имя.
Магистр Чезаре Анирис Ормандо.
Девушка удивлённо моргнула, совершенно не ожидая увидеть его здесь. Зачем столь сильному магу изучать приёмы другой Школы, где его уровень силы, в сущности, не имеет никакого значения. К тому же многие магистры, как правило, недолюбливали Храмовую магию. Они считали её слишком медленной.
Будучи племянницей боевого мага, а также неся «серую» службу среди именитых магистров, Моль более или менее сносно разбиралась в правилах и законах магических Школ. Тогда как подавляющее большинство Неодарённых не утруждало себя заботой вникать в подобные детали. К примеру, её подруги Анабель и Роззита относились к магической стороне жизни с очень утилитарным подходом. Это нужно для этого, а это работает вот так – вот и все их знания. Хотя, справедливости ради, стоило отметить, что и к достижениям технического прогресса отношение было точно таким же. Никто не пытался понять, как устроен автомобиль внутри. Он может ездить, и это всё, что нужно знать.