-Кхм, да спрашивай, я не настолько раним как ты думаешь – ухмыляясь ответил Андрей.
Я понимала, что могу перейти некоторые границы дозволенного, но мне хотелось знать болевые точки и моменты Андрея, не для того, что бы на них надавить или воспользоваться! Нет! Я наоборот хочу в дальнейшем избежать темы которые для него болезненны.
-У тебя шрамы, на спине, лице – начала говорить я.
-Тебе они неприятны!? – перебил меня Андрей нахмурившись.
-Нет конечно! – фыркнула я – Что за глупости!?
-Зачем тогда интересуешься!?
-Потому, что они похожи на шрамы от избиения – ответила я и замолчала.
Андрей смотрел на меня в упор, как будто хотел прочитать мои мыли, взгляд не был злым, но я все равно поежилась.
-Тася зачем тебе эта информация!? – спросил он, не прекращая сверлить меня взглядом.
-Я должна знать – ответила я.
-Зачем!? Или отрабатываешь на мне профессию!?
-Знаешь! Я конечно и переспала с тобой, нам приходится изображать пару и много чего такого, мало приятного, но то, что ты сейчас предъявил мне!? Это перебор! – психанула я и встала со стула.
Андрей схватил меня за руки и сказал:
-Ну все не истери, ты же будущий психолог, должна знать, как держать себя в руках.
Я зло посмотрела на него.
-Уууу, тише, тише, злюка, расскажу я тебе, только не бегай. З@ебали мне уже, эти гонки.
Я села обратно на стул.
-Тебя били!? – спросила я.
Взгляд Андрея стал жестче, злее.
-Скорее избивали – ответил он.
А ахнула, для меня было дико и непонятно как родители могут так поступать со своими детьми.
-Мама!?
-Нет, мать как не странно меня любила и защищала. Они с отцом замутили когда она попалась в полицию, оба молодые горячие, моя мама цыганка. В результате их любви – на этом слове Андрей хмыкнул и скривился – получился я, не знаю почему но мать скрыла от отца этот факт и сбежала. Отец рьяно ее отмазывал от срока, а она сбежала подставив его, скандал был большой, его чуть не поперли из органов тогда.
-Так это твой отец тебя бил!?
-Нет Тась, бил меня мой дядька – ответил Андрей.
-Да за, что!? – зло спросила я, уже ненавижу этого недочеловека.
-За, то, что родился, за то, что на половину цыган, не так ложку держал, не тал говорил, много за, что.
-Это ужасно! А твоя мама, что она!?
-Мама!? Она защищала меня как могла, за, что получала сама, поверь, шрамов на ее теле не меньше.
-Ох, это не укладывается в голове, а где она сейчас!? – спросила я, понимая, что я уже наглею и задаю много вопросов.
Но Андрей, продолжает отвечать, сидя на корточках около меня.
-Когда мне было почти десять лет, мой дядька решил, что я уже достаточно большой, что бы делать закладки, в тоже время меня не посадят если поймают. Он поставил меня перед фактом, а я послал его – Андрей хмыкнул и закрыл глаза – бил он меня долго, с особой жестокостью, спину исполосовал, сначала я слышал, как мать орала, плакала, просила его остановиться, а потом, от боли, я потерял сознание – он говорил тихо, спокойным голосом, но глаза были закрыты и подрагивали ресницы.
Я с трудом сдерживала слезы, хотелось обнять его и пожалеть, но я понимала, что если так сделаю, то Андрею это не понравится.
-Очнулся я уже у отца, не знаю, как удалось матери меня забрать и отвезти к нему, но с тех пор я живу с ним. Он конечно прифигел от появления десятилетнего сына, да еще в полу живом состоянии, но тем не менее от меня не отказался. У него даже, почти получилось дядьку посадить, но он смылся, не смогли найти, мать тоже пропала, с тех пор о них я ничего не знаю – не открывая глаз, сказал Андрей.
Закончив говорить он тяжело выдохнул, я не выдержала и обняла его.
-Ты чего!? – спросил он когда я прижалась к нему со всей силы.
-Прости, но мне так жалко тебя, просто прими это и не психуй, это не значит, что я считаю тебя слабым, просто мне очень жаль, что тебе пришлось пережить такое – ответила я, сжимая свои руки.
От Андрея очень приятно пахло, не могу сказать чем, но я впитывала и запоминала его аромат, мне кажется я навсегда запомню как он пахнет.
……………………………………………..
-Тась, я думаю, для твоей безопасности это верное решение – сказала Даша помогая собирать мне вещи.
После моей встречи с журналистами и откровенным разговором с Андреем, я сдалась, и согласилась жить с ним.
В тот же день я осталась ночевать у него, Андрей спал в другой комнате и вел себя нормально, как будто мы, не излили друг другу душу.
На следующий день он отвез меня в общагу собрать вещи.