Глава 1. Давным-давно.
Летний дождь стелился по широкому полю. К вечеру зной спал, и по небу потянулась вереница тяжёлых, тёмных туч.
Лёгкие защитные укрепления теперь укутывала призрачная дымка. Закат вытягивал тени множества воинов. Их неровные шеренги неуверенно переминались в мучительном ожидании.
Седой вояка, стоявший во главе их, поднял лицо к небу и дрожащей рукой вытер капли дождя. Он искал наверху надежду, но мрачные тучи скрывали её.
Старик вздрогнул, когда в симфонию дождя добавился гул боевых барабанов. Враги были уже близко. Дабы скрыть свой трепет, он поднял с земли щит. Его примеру последовали остальные воины. Прощальные лучи заиграли на сотнях щитов, по форме напоминавших капли дождя. Или же капли будущих слёз.
Тем временем в глубине укреплений молодой князь стремился как можно скорее добраться до сердца обороны. Рядом с ним двигалась лишь пара верных соратников. Они здесь были чужаками, едва ли не врагами. Троице приходилось пробираться через наспех сложенные баррикады, кучки неуверенных ополченцев, ряды опытных солдат — и их общее презрительное молчание.
У входа в ставку командиров завязалась короткая потасовка с охраной. Закалённые в боях соратники легко оттеснили солдат в вычищенных до блеска доспехах, и молодой князь без помех ступил в шатёр.
Внутри царило густое напряжение, и появление непрошеного гостя подействовало на всех весьма отрезвляюще. Офицеры на шум у входа повскакивали с мест. Некоторые схватили первое, что оказалось под рукой: бокалы, подсвечники — лишь немногие вспомнили о своих мечах. Но только один молодчик, почти сверстник князя, решил действовать: его кинжал с налипшим куском яблока метнулся вперёд. Князь лениво уклонился от удара, и остриё лишь слегка коснулось его кирасы. У молодчика оставался запал, потому его противник одним отточенным движением выбил из рук оружие и толкнул офицера обратно на его место. Благородный юнец рухнул на стул — ножки звучно треснули, и он, потеряв равновесие, нелепо плюхнулся на пол, разодрав при этом рукав мундира. К чести князя, в тот миг он не стремился ни позорить, ни убивать.
— Защитники, мы целью едины! — произнёс князь, пытаясь успокоить обстановку.
И лишь унижение одного из них наконец-то заставило мужчин вспомнить о своих мечах — их руки потянулись к эфесам на поясах.
— Предатели! Земные выродки! — воскликнул юный офицер, ему никто не помог подняться. — Лучше вам изрыгать яд, чем произносить обеты о мире! Вы выказали всю свою низость, напав без предупреждения!
Во главе стола командир, который до того всматривался в развёрнутые перед ним карты, наконец вмешался:
— Полно, соратники. В наших условиях глупо пренебрегать причудами судьбы.
— Как мы можем им теперь доверять, Верховный?! — возмутился молодчик, и его поддержали другие офицеры.
Взгляд командира упал на цветок, украшавший кирасу князя. Это была роза — живая, необычайно крупная, с лепестками, рассыпавшимися красным шёлком. Цветок заставил всех присутствующих обомлеть.
Князь неосознанно прикрыл розу ладонью.
— Не снимайте шлем, князь, — посоветовал командир, — я не ручаюсь за вашу безопасность.
Молодой землянин обвёл взглядом офицеров лунной стражи:
— Как и вы, я вижу лишь два пути: принять бой или отступить!
— Не долог час, когда и тот и другой приведёт к погибели, — тяжело вздохнул командир.
— Воистину, Верховный. Закрыться в осаде невозможно. Без крепостных стен и с хлипкими баррикадами во дворцах вы не протянете и часа.
— А бой перед Лунной Тропой — гибель на поле, продуваемом ветрами! — воспротивился молодчик, но в его голосе больше не было прежнего презрения. Скорее, боль.
— Зачем нам слушать фаворита Повелительницы Червей?! — кто-то бросил, как семя в благодатную почву. Остальные командиры проявляли болезненное безразличие к происходящему, их лица выдавали полное отсутствие веры в победу.
Князь сжал кулаки. В груди бушевала буря: ярость, горечь, смешанные с угасающей надеждой.
— Видят мои предки, этот… этот чин я получил не за придворные интриги. И ныне я стою пред вами не князем Земли, а человеком, за которым пришли лучшие воины, каких видывал свет. Они не разделяют моих стремлений, но готовы доверить мне свои жизни!
— Вселяете в нас смятения, дабы мы рискнули понапрасну! Угодили в ловушку.
— Да, сомнения — метод моей госпожи. Однако вы уже в западне. Ранее защитники Луны твёрдо уверяли себя, будто мир навсегда останется прекрасным и нерушимым. Не видели, что народы Земли управляются новыми идеалами. Вы полагались на своё предначертание и, как мальчишки, не верили, что смерть выкинет подлость. Ваша же непоколебимость привела вас в ловушку.